не нравится признавать, что они нужны другим. Что они хотят, чтобы их убедили в их ценности.
— Ты кажешься экспертом.
— За многие годы я заплатил достаточно денег психотерапевтам, чтобы получить квалификацию. Ну, во всяком случае, на эту тему. - Они вдвоем пробирались по особенно труднопроходимому участку местности между деревьями. Проходя мимо, ветки царапали их, но Майк своей палкой отодвигал большинство из них в сторону. - В любом случае, вернемся к Церберу. Теперь у нас есть трехголовый зверь с человеческими эмоциями, который стал частью нашей семьи. Их стремление защищать по-прежнему очень сильно. Есть и другие... желания, которым они также предпочитают потакать. - Майк сделал паузу, чтобы дать Саливану возможность высказаться. Когда дуллахан промолчал, Майк продолжил. - Но теперь, когда в жизни Цербера появились другие люди, есть кое-что, что доставляет удовольствие и человеку, и зверю.
— Что именно? - Саливан догнал Майка, который остановился, чтобы осмотреться.
Майк усмехнулся и подобрал камень. Он с усмешкой посмотрел на дуллахана. - Чтобы поиграть. Я вижу тебя! - Он бросил камень в дерево на другой стороне поляны. Когда камень попал в кору, оттуда выскочила трехголовая женщина. Их платья в готическом стиле липли к коже, как масло, а изготовленные на заказ бюстье приподнимали все три груди, демонстрируя их. Цербер улыбалась всеми тремя головами, виляя хвостами.
— Пойдем. Поймать. Мы! - Каждая голова произнесла по одному слову, а затем Цербер превратилась в устрашающего адского пса, который своими неожиданными размерами расталкивал ближайшие деревья. Адский пес низко поклонился, виляя хвостом, а затем убежал в лес, чтобы спрятаться еще раз.
— Ты серьезно? - Глаза Саливана стали похожи на блюдца. - Ты заставляешь ее играть в прятки?
Майк пожал плечами. - Это ее выбор. Амимон читает. Абелла смотрит фильмы. Тинк что-то чинит. Насколько мне известно, это первый раз за все время существования Цербера, когда ей позволено быть игривой. Больше нет необходимости бродить по вечным пустошам, очищая их от бродячих духов. Иногда они с Каллисто и Грейс отправляются в оранжерею, чтобы поиграть в "поиск".
— Ха. - Саливан уставился на обломки, оставленные Цербером. - Это почти как если бы они все вместе были чем-то новым.
— Да, вроде того. - Майк пошел по пути, который проложила Цербер. - Но разве это не относится ко всем нам? Со временем мы часто становимся новыми людьми внутри, шаг за шагом. Нередко, оглядываясь назад, мы понимаем, что теперь мы совершенно другие.
— Фейри на самом деле не известны такими вещами.
Теперь настала очередь Майка фыркнуть. - Готов поспорить, они меняются больше, чем готовы признать. У всех вас есть очень конкретные правила, которым вы следуете, но есть так много возможностей для маневра в отношении того, какими людьми вы можете быть.
— Ты действительно считаешь меня человеком? - Рассмеялся Саливан. - Предоставь смертным подытоживать то, о чем они знают меньше всего. Если твой Цербер получит хотя бы десятую часть этого, я пойму, почему они теперь такие разные.
— В конце концов, мой вид - это просто обезьяны хаоса, которые пытаются не есть фигуры на своей игровой доске.
— Я чувствую, что здесь есть какая-то фальшь.
Майк вздохнул. Он уже и забыл, насколько искусны фейри во лжи. - На самом деле, я больше не считаю себя человеком. Теперь я сам по себе. Однако, мое мнение о людях остается при своем мнении.
— Вот это парень. - Саливан похлопал Майка по плечу. - Теперь, если мы сможем заставить тебя быть более высокомерным, мы сделаем из тебя настоящего фейри.
Оля, невеста моего друга