неохотно, потому что меня вынудила жена. Я намеревался отозвать свое согласие продолжать участвовать в их деятельности, если они продолжат, но когда моя жена сообщила мне, что мистер Картер едет сегодня вечером, я включил диктофон, который передает данные в моё облако через мой телефон. Вот, я могу поставить на телевизор и судите сами. Я также могу отправить вам электронное письмо с прикреплённым видеофайлом в качестве доказательства правоты своих слов.
— Вот дерьмо.
Эйлин была недовольна. Она солгала, давая показания о цепи событий того дня. Копы скопировали мои видео. Они взяли биту. Они увели Эйлин и Майка в наручниках.
Они пытались отобрать и моё вино, но я подвёл черту. Для меня было важно сохранить вино. Ну, серьёзно, в тот вечер я многое потерял. Мир в моём доме был нарушен. Оставшаяся часть моего ужина была холодной и испорченной. На лбу выступил синяк. Моя жена изменила мне в сексуальном плане, а затем попыталась подставить меня, солгав полицейским, которые забрали мои видео, свидетельствующие миру о моей несостоятельности как мужа. Оболочку, оставшуюся от моего брака, вынесли за дверь.
Да, я должен был оставить вино себе.
***
Как только дом опустел, я позвонил жене Майка. Я рассказал ей о вероломстве её мужа. Оказывается, она знала о его пристрастии к дешёвым шлюхам, но совершенно не знала, что он также встречался с замужними шлюхами. Она плакала. Я тоже плакал. Мы договорились обмениваться информацией с адвокатами друг друга. Пора было покончить с этим.
***
Телефон звонил слишком часто, и я пропустил звонок из тюрьмы. У меня не было никаких шансов выручить Эйлин. Позвонили её родители, и я им всё рассказал. Несмотря на то, как сильно они мне нравились, а они мне очень нравились, они отказывались верить, что всё настолько плохо, как я им говорил. Они умоляли меня пойти и вызволить мою жену из тюрьмы. Они яростно спорили, когда я отказался, и всё ещё были обижены на меня, когда мы закончили разговор. Я пообещал прислать им все видео, неотредактированные, чтобы они смогли понять мою точку зрения, но они всё ещё не могли умерить свой гнев в отношении меня.
Я отправил файлы, сделав пометку с просьбой не перезванивать, дав мне возможность собраться с мыслями и принять какие-то решения.
Через полчаса после того, как я нажал кнопку «Отправить», отец Эйлин написал мне. Его сообщение было коротким и милым:
«Ты прав. Мне очень жаль. Пожалуйста, позвони нам, когда сможешь. Тим, я не знаю, о чём думала моя дочь. Мы выручим её и поможем, потому что мы любим её, но мы согласны с тем, что она серьёзно облажалась. Я надеюсь, что вы двое сможете всё уладить, потому что мы тоже любим тебя, как сына. Мы не хотим тебя терять. Будь сильным, Тим, и помни о любви между вами».
***
На следующий день Эйлин предстала перед судом и была освобождена под довольно жёсткий залог, гарантированный домом её родителей. Они забрали её домой, но, как позже я узнал, были довольно холодны к ней. Майк пролежал в больнице месяц, восстанавливаясь от повреждений, нанесённых ему Эйлин. Он выдвинул против Эйлин обвинения в нападении, и они пытались заставить меня дать показания против неё. Я был им не очень-то нужен. У них было видео, которое я использовал, чтобы уйти от неприятностей, поэтому, когда я отказался свидетельствовать против своей жены, они не стали настаивать на этом.
В те выходные я не заразился никакими половыми заболеваниями. Мне повезло, и я увернулся от пули. Эйлин не была столь удачливой. Майк оставил ей маленький подарок, для победы над которым
Революция 18+