ней, обняв Линдси за талию. Оливер, которого до недавнего времени я бы, скорее всего, принял за угрожающего вида парня с полоской бороды на подбородке и телосложением, которое выглядело так, будто он был спортсменом в старшей школе, но каждый год в университете набирал баллы, как первокурсник, стоял у входа в гостиную.
— Кто это, блядь, такой? - Спросил Оливер, увидев меня за углом.
— Я тот парень, который заткнет тебе рот, если ты не прекратишь нести чушь и оскорблять меня, - сказал я, подходя и становясь рядом с Линдси. Я положил руку ей на плечо, чтобы она посмотрела на меня, и тихо спросил ее. - Я хочу выставить его отсюда, пока мы не закончим, но я не хочу переходить границы дозволенного. Я знаю, что этот разговор, вероятно, важен для тебя. Что ты хочешь, чтобы я сделал?
Она мягко улыбнулась и одними губами произнесла - Спасибо, - а затем добавила: - Я разберусь с этим.
— Хорошо, - сказал я и поцеловал ее в щеку.
— Серьезно. Кто это, черт возьми, такой? - Потребовал ответа Оливер.
— Он парень моей сестры, - сказала Линдси. - И он значит для меня больше, чем ты, Чарли и Зандер, вместе взятые. И он заставит тебя съесть свой собственный член, если ты будешь вести себя как мудак.
Я отступил в коридор и схватил три пакета для мусора, которые успел наполнить, пока продолжался разговор. Я осторожно обошел девушек, но протиснулся мимо Оливера, когда он переживал то, что я мог назвать только стадией горя во время ссоры. Он отказывался признать, что Линдси хотела именно этого. Тогда он разозлился, назвав других соседей по комнате и стал ругаться на них. Затем он начал умолять Линдси, обещая, что они будут вести себя лучше. Что они будут относиться к ней как к королеве. Они покроют ее арендную плату.
К тому времени, как я сложил пакеты в багажник Виктори (к большому неудовольствию владельца), а затем достал упакованный багаж и положил его на заднее сиденье, Оливер дулся и оглядывал грязную гостиную, отправляя кому-то сообщение и бормоча что-то себе под нос. В какой-то момент он, должно быть, заметил, что у него пропала куча использованного нижнего белья, и понял, что мы в курсе его действий.
— Я пришлю вам деньги до конца семестра, ребята, - сказала Линдси, стоя в дверях.
— Тебе не обязательно это делать, - сказал Оливер со своего места на диване.
— Да, - ответила Линдси, открыто держа Стейси за руку, а меня - за свою, но так, чтобы Оливер этого не видел. - Я не должна была даже допускать, чтобы это началось. Знаешь, в какой-то момент ты мне действительно понравился, Оли? Но сейчас я просто не хочу. Мне нужно, чтобы ты и остальные оставили меня в покое. Хорошо?
Оливер ничего не ответил, а только кивнул, не поднимая глаз, и мы ушли.
Линдси снова заплакала в машине, на этот раз от облегчения, которое она испытывала, и Виктори повез нас за город, пока Линдси давала выход своим эмоциям. В конце концов, он привез нас обратно к Стейси, и я отнес мешки с мусором в большие мусорные баки в конце подземной парковки, а Линдси и Стейси перенесли багаж в седан, чтобы нам не приходилось таскать его с собой.
Вся сделка в старом доме Линдси заняла в общей сложности чуть больше часа, включая время на дорогу, так что, к счастью, у нас еще было время уладить кое-какие другие дела, которые нам были необходимы. Мы сели за кухонный стол и разработали
Как я лежал в детской психбольнице