могла его найти, а у Маши не было ни времени, ни денег, чтобы разыскать его. Что у нее было, так это ее старшая сестра Рая живущая в Санкт-Петербурге и ее отец. Маша действительно не знала, что может сделать ее отец в этой ситуации, но она решила, что, по крайней мере, даст ему знать, что произошло с его бывшей женой.
Маша всегда уважала Раю. Рая была такой, какой Маша хотела быть. Трудолюбивой, надежной и умной. Если бы вы спросили, что их мать думала о Рае, она бы ответила, что она была стервой, трусихой и разлучницей. Инцидент, который разрушил семью, произошел из-за Раи. Маше было семнадцать, когда все изменилось. По-видимому, их мать застукала Раю и их отца за этим занятием. Рая была на высоте. Это был двадцать четвертый день рождения Раи.
Маша никогда в это не верила. Даже когда ее мать кричала на нее из-за этого. Что случалось часто. Маша знала, что ее матери нужно было на кого-то накричать, просто она никогда по-настоящему не понимала, почему это должна была быть именно она. Конечно, Эмма и Светлана были маленькими, когда это случилось, но Маша все равно чувствовала себя семейной грушей для битья за то, чего, как она знала, на самом деле не было.
Маша была взрослой. Ей нужно было быть рядом со Светланой и Эммой, даже если они не до конца это понимали. Маша молилась, чтобы возвращение Раи и их отца что-нибудь исправило. Что-нибудь. Маша не знала, что бы она делала, если бы у них ничего не получилось. Бедной девочке нужно было отдохнуть от всего этого. Она сидела в гостиной, размышляя о том, почему все пошло наперекосяк. Как раз в этот момент она услышала звонок во входную дверь квартиры.
Михаил Новицкий постоял несколько секунд, восхищаясь большой квартирой в центре Москвы, за который заплатил. Михаил был довольно высокого роста и очень подвижный для своего шестидесятилетнего возраста. У него были сильные мужественные черты лица и густые брови, но в его жидкой бороде и волосах появилось немало седины. Но больше всего его потрясло то, что дверь открыла его дочь. Когда он в последний раз видел Машу, она была худеньким подростком. Теперь она выглядела милой молодой женщиной.
У Маши были длинные светло-русые волосы, которые ниспадали на ее худенькое личико. Она была небольшого роста. У нее были маленькие карие глаза за толстыми стеклами очков и густые брови. Губы у нее были розовые и пухлые, а кожа бледная. Под нижней губой виднелась одинокая родинка. У нее были стройные бедра и ноги, а также умеренный бюст. Черная футболка открывала Михаилу прекрасный вид на ее груди, а джинсы плотно облегали изгибы тела молодой девушки.
Михаил мысленно выругался про себя. Смотреть так на свою дочь означало еще больше проблем, даже если их матери больше не было теперь.
— Папа? Глаза Маши наполнились слезами.
— Привет, Машенька. Маша тут же набросилась на отца, крепко обняв его. Михаил обнял ее и погладил по спине. Для Маши это было милое отеческое объятие, но все, на чем мог сосредоточиться Михаил, это грудь дочери, прижимающаяся к его груди, и его палец скользит по лямке ее бюстгальтера.
Маша разорвала объятия и сняла очки, чтобы вытереть слезы с лица.
— «Ты заходи папа в квартиру. Я позвоню девочкам. Маша вернулась внутрь квартиры, а Михаил последовал за ней. Михаил улыбнулся, потому что девочки на самом деле содержали большую квартиру в чистоте. Мебель была другая, но в остальном квартира была безупречной. Она выглядела такой же чистой, как и семь лет назад,
Виновная девочка