После разговора с Зарксисом Мирия сразу направилась в церковь. Встречаться с настоятелем ей не пришлось. Облачённый в монашеское одеяние Джерм уже ждал её у входа. Встретивший с девушкой взглядом, лже-монах жестом дал понять, чтобы графиня следовала за ним. В качестве места для разговора с глазу на глаз Джерм выбрал исповедальню.
— Что ты здесь делаешь? – спросила графиня Чезвик, на всякий случай слегка понизив голос.
— Мне надо было кое с кем встретиться. Повезло, что ты тоже решила прийти сюда именно сейчас, а то настоятель отлучился.
“Не в везении дело. Ты знал, что я найду кольцо, и захочу снова с тобой встретиться, проклятый лжец!” – зло подумала Мирия, радуясь, что их друг от друга отделяет непроницаемая перегородка, и собеседник не видит выражения её лица.
— Ты обыскала его спальню? – стал допытываться Джерм.
— Обыскала. Зарксис неожиданно вернулся, и чуть меня не заметил, но к счастью, мне удалось незаметно улизнуть.
— Это того стоило? Ты смогла что-нибудь найти?
— Смогла. Ты был прав. Этот ублюдок убил моего отца, и забрал его кольцо. Прости, что сразу к тебе не прислушалась.
— Всё нормально, не извиняйся. Главное, что ты во всём разобралась. Одрик должен был передать тебя яд. Он у тебя?
— Да. Но я не уверена, что у меня получится отравить Зарксиса. На кухне постоянно много народу, и если я попробую...
— Необязательно добавлять яд в еду. Можешь нанести его на свои губы. Один поцелуй – и этого выродка уже ничто не спасёт. Тебе же этот яд вреда не причинит. Он не действует на людей.
У Мирии возникли закономерные подозрения в правдивости слов собеседника. Раз он солгал про кольца, то почему бы ему не соврать и про яд? Джерм хочет избавиться от Зарксиса её руками, а что с ней будет после смерти полукровки, его дружков совсем не волнует. Она для них всего лишь разменная монета.
— Всё это звучит очень рискованно. Если яд подействует не сразу, и Зарксис поймёт, что его отравили, он убьёт меня, - не стала Мирия слишком быстро соглашаться на предложение Джерма.
— Понимаю, ты боишься, но на карту поставлена не только твоя жизнь.
— Что ты имеешь в виду?
— Сначала скажи, что для тебя значат твои дети. Они дороги тебе?
Мирия немного помедлила с ответом. Мелькнул соблазн ответить, что она всей душой ненавидит близнецов, и желает им смерти. Вот только прозвучит это не слишком искренне, и может навести Джерма на мысль, что собеседница пытается ввести его в заблуждение. Желай она смерти Лире и Рентису, уж за пять лет нашла бы способ от них избавиться. В те моменты, когда их отца не было рядом, сделать это было проще простого. Придя к такому выводу, девушка решила ответить на каверзный вопрос максимально честно.
— Ближе них у меня никого нет. Я никому не позволю их обидеть.
— Похвально. Но боюсь, что Зарксис их не просто обидит, а сделает кое-что похуже. Он собирается снова попробовать призвать в наш мир своего отца.
— Что? Ты уверен? – ошарашено спросила Мирия, сумев правдоподобно изобразить удивление и испуг.
— Уверен. Зарксис неслучайно вспомнил о тебе и детях именно сейчас. Они нужны ему для жертвоприношения. Если он осуществит задуманное, прольются реки крови. Тысячи людей погибнут, а те, кто выживут, им ещё позавидуют.
Мирия ушам своим не верила. И этот человек когда-то признавался ей в любви, и предлагал тайком сбежать и обвенчаться, а сейчас так гнусно пытается ею манипулировать. А ведь она вполне могла бы ему поверить, если бы нашла кольцо, и не поговорила с Зарксисом.
От военкомата- в роддом !