падал у нее внутри и на этом все прекращалось до следующего клиента.
Однажды мы придумали, что с этим делать, ведь мы оба, безусловно, хорошо друг к другу относились и понимали, что какая-то сексуальная разрядка мне, все таки, тоже необходима. Идея заключалась в том, чтобы мое удовольствие совместить с приятными эмоциями для клиента и получить таким образом, возможно, побольше чаевых для нас. Если дотрахать свою девочку не получалось, то я с видом побитого щенка, должен был просить клиента дотрахать ее самому, объясняя это тем, что с ней может справиться только настоящий мужчина, а у меня не получается. По поводу себя же, я просил разрешения попрыгать на резиновом члене, прилепленному к полу, смотря на очередной акт их совокупления. Как правило, это работало безотказно и под общие смешки моей девушки и клиента, последняя сцена нашего шоу начиналась. Мужчина, задобренный потешанным эго, забирался на мою любимую, как правило в миссионерскую позу, и начинал ее жестко брать, отвешивая пощечины и наматывая волосы на кулак. Я же, погружаясь в свою извращенную пассивность, начинал скачку на резиновом друге, постепенно приближаясь к развязке. В такие моменты всякая мораль и прочие обычные установки уходили восвояси. Резиновый член выдаивал мою простату, разливая негу покоряющей слабости и стыдящего удовольствия по всему телу. Любимая начинала вскрикивать под ритмичными шлепками клиента, время от времени так трогательно... оттягивая свои соски, и под этот аккомпанемент я погружался в свой оргазм, растекаясь по полу маленькой лужицей спермы.
После клиент уходил, а мы некоторое время приходили в себя, пребывая в том виде, в котором он нас оставлял. Мы редко провожали гостя, ведь после использования нас и получения сексуального удовлетворения, потребность во внимании двух «оттраханных проституток», естественным образом, пропадала. Обычно, первым в чувство приходил я, начиная всячески ухаживать за своей обессиленной любимой, набирать для нее ванну, вытирать теплым, влажным полотенцем ее вспотевшее тело, убирать все видимые следы спермы. Когда она уходила нежиться в теплой, пенной воде, с заранее подготовленным бокалом белого сухого, я начинал быструю уборку нашего «рабочего места», а после спешил к ней, чтобы успеть сделать массаж стоп, который так любит моя девушка, особенно сидя в ванной, потягивая любимое винишко.
Надеюсь, моя забота хоть как-то скрашивала ее ощущение использованности, ее эмоции от всего того положения, в котором мы тогда оказались. Хотя, несмотря на всю унизительность этого положения, я не мог не обратить внимание на то, что постоянство половых партнеров играло свою роль и любимая, вполне заметно, регулярно получает с ними удовольствие. Может не столь желанное и добровольное, но все же удовольствие. Кроме того, я не переставал надеяться, что изначальная склонность моей девушки к сексуальному подчинению тоже играет свою определяющую роль, да и вопрос денег, которые мы получали от наших невидимых «кураторов» на мою карту, после каждой встречи, не мог не учитываться при рациональной оценке нашей ситуации. Правда, я не могу не сказать о том, что после первых нескольких клиентов, я стал отдавать целиком все заработанное любимой, поскольку считал (и до сих пор считаю), что несмотря на ту экзотичность нашего «творческого дуэта», которая объяснялась обслуживанием клиента не только девушкой, но и ее романтическим партнёром, все же львиную долю физической и моральной тяжести происходящего несла на себе именно она. Любимая же, иногда баловала меня различными покупочками, которые я желал сделать и это, само по себе, добавляло лишнее обстоятельство, подчеркивающее для меня мое место в наших с ней отношениях.
Как я уже описал, мы с моей половинкой, за пределами сексуального содержания, имели вполне хорошие,
С Новым годом!