прямо ему в физиономию, «обхватив» пальчиками его нос, и с силой надавила вниз, «помогая» исполнить свой приказ, — И встань уже на оба колена, так будет гораздо удобнее! — Юля сейчас была очень рада, что могла просто приказать этому мальчику опустить в глаза, так как у неё от волнения уже не получалось выглядеть холодной и надменной.
Конечно, на обоих коленях было ни разу не удобнее. Но Юля хотела именно так. На одном колене Паша был похож на рыцаря у ног прекрасной дамы, который конечно преклоняется перед ней, но сохраняет достоинство. А Юле сейчас хотелось именно жалкого раба, который вот так «нереально» восхищается ею, но при этом ей не нужно делать ничего в ответ, и можно вытирать о него ноги в прямом и переносном смысле, наслаждаться и даже не думать о нём. Как это «неправильно», несправедливо, по отношению к этому жалкому….. Юля возбуждённо бросила взгляд вниз… Но как же это заводит!
Паша, тем временем, выполнив её приказ и встав на оба колена, как-то даже испуганно и старательно согнувшись, не поднимая взгляда, переобувал её очень, кстати, умело. «Значит он где-то уже это пробовал» — с каким-то даже сожалением подумала Юля о том, что не она лишила его «девственности» в футфетише. «Надеюсь, что и мои запахи тебе понравятся» — Юля понимала, что в отличии от мужа, она будет в основном представать перед Пашей не сразу после душа, а здесь, на работе, после нескольких часов на ногах это будет ощущаться. Но Юле было всё равно. Она вовсе не была «грязнулей» и всегда следила за собой. «Но с этим….» — Юля вновь бросила какой-то даже слегка брезгливый взгляд вниз (и сейчас совсем не наигранный) — «Можно не думать об этом, он всё равно будет ползать у меня в ногах и восхищаться».
— Всё?! Ну и что ты там тогда копаешься? Кофе мне! Быстро! — Юля оттолкнула руки Паши, которые всё ещё поглаживали её ножки, уже облачённые в босоножки.
Юле сейчас показалось, что они сделали не какой-то очередной, а очень серьезный шаг. И дело было вовсе не в том, что Паша увидел её ножки и так на них отреагировал. Сейчас они были…. почти как на том видео (пусть Паша так и не догадывался, что Юля тоже его видела). И это стало каким-то рубиконом. Вроде всё было плавно и постепенно, но именно сейчас, они оба для себя осознали, что это уже не совсем игра.
Паша осознал, что его начальница на самом деле прекрасно знает, что такое фемдом, и её мысли о «просто внимательном мужчине» и «офисном паже» не случайно так совпали с этой темой. А Юля осознала, что ей уже мало просто гонять, использовать и ставить Пашу в неловкое положение. Что ей нужно уже нечто большее. Что именно «большее»? Она пока и сама не понимала. Но сейчас, вот так вот унижая Пашу, ну… почти унижая, ведь ни одного грубого слова не было произнесено, Юля поняла, как её это заводит и что просто «подай-принеси» ей уже недостаточно.
Когда Паша, стараясь двигаться так, чтобы не очень был заметен его стояк, принёс Юле кофе, она уже взяла себя в руки и, несмотря на внутреннее волнение и возбуждение, выглядела спокойной и даже холодной.
— Юлия Викторовна, что-то ещё?
— Да, что-то ещё — Юля крутила ручку между пальчиками и с загадочной улыбкой смотрела на Пашу. Она понимала, что настал момент, когда можно не «осторожничать», — Ты столько нахваливал мои ножки, но всё это только слова. Говорить-то вы все умеете.
Артемка