— Так вот в чем дело? Разве я не дал ей всего, чего она хотела? Черт возьми... Я не знаю, что еще я мог сделать. Я думал, она была счастлива. Она никогда не упоминала, что это не так... Никогда! - Ответил я.
— Я знаю, что так и было, милый. По сравнению с тем, что у меня есть, ты замечательный муж. Она просто такая... ТАКАЯ ЧЕРТОВСКИ ГЛУПАЯ!
Ух ты! Я никогда раньше не слышал, чтобы эта милая, зрелая леди употребляла какие-либо ругательства. Я был потрясен, но по какой-то странной причине начал смеяться и крепко обнял ее.
— Не нужно ругаться, ты же знаешь, - рассмеялся я, передразнивая ее предыдущее замечание в мой адрес за то, что я сделал то же самое.
— О, отвали, - рассмеялась она в ответ, вытирая слезы со щек. - Кстати, - продолжила она, высвобождаясь из-под моей подмышки, - от тебя ужасно воняет... А теперь иди прими душ и побрейся, пока я наведу порядок в твоем прекрасном доме.
Я сделал, как было велено. Постоял под горячей водой, пока она не стала холодной. Затем я стоял там, пока не начал дрожать, пытаясь быстро протрезветь. Это вроде как сработало. Примерно через час я спустился вниз, чистый и одетый в свежую одежду, впервые за несколько дней. Все еще ощущалось легкое головокружение, но в моем пульсирующем мозгу появились признаки сильной головной боли.
Я нашел Гвен на свежеубранной кухне. Она сидела за барной стойкой с кружкой кофе в руках.
— Вот возьми. Ты выглядишь так, будто тебе это нужно больше, чем мне, - ухмыльнулась она, передавая дымящуюся кружку в мои дрожащие руки. - Ты что-нибудь ел? Кроме второй половины пиццы, которая лежала перевернутой на ковре в гостиной.
Пытаясь вспомнить, я ответил: - Я так не думаю. Я был не в настроении.
— Идиот...Это не принесет тебе никакой пользы. А теперь иди присядь, пока я тебе что-нибудь приготовлю. - приказала она, выталкивая меня из кухни в гостиную.
Я почувствовал слегка приторный запах свежевыбрызганного дезодоранта, когда сел на диван и выпил крепкую черную жидкость. По мере того, как я трезвел, моя головная боль становилась все сильнее, и мне стало плохо. Я ничего не мог с собой поделать. Меня должно было стошнить, если я хотел почувствовать себя лучше. Я спустился в туалет на первом этаже и, засунув пару пальцев в горло, вылил остро пахнущее содержимое своего желудка в унитаз.
— Теперь тебе лучше? - Спросила Гвен, когда я вернулся в гостиную и обнаружил, что она сидит, откинувшись на спинку дивана. - Думаешь, ты сможешь сделать это потише? - Спросила она, указывая на миску с куриным супом и лапшой на кофейном столике.
Я кивнул, смущенно улыбаясь, просто радуясь, что движение больше не вызывает у меня тошноты. - Я могу только попробовать. Спасибо.
— Хорошо. Я сейчас уйду. Приходи к нам завтра в обеденное время, и я приготовлю тебе что-нибудь вкусненькое.
— Ты не обязана этого делать. Я справлюсь сам, - запротестовал я.
— Может, и так, но я хочу. Хорошо?
— Хорошо, - ответил я, - а как же Фрэнк?
— Он будет на работе до 8 вечера, так что не стоит беспокоиться об этом старикашке, - рассмеялась она, снова надевая пальто и направляясь к входной двери. - Теперь съешь этот суп и ложись спать, а завтра мы хорошенько поболтаем. Хорошо?
Глава 5
После хорошего двенадцатичасового сна я, наконец, почувствовал себя лучше, когда на следующий день заехал к родственникам жены, как мне и было приказано. Гвен открыла
Глава 7. Тетрадь Лены