Глубокими размеренными толчками я овладел своей прелестной женой и вскоре почувствовал ее ноги на своей заднице, а с ее губ сорвались стоны удовольствия. Она по-прежнему молчала о тренере, но я догадывался, что за мысли бурлили в ее голове.
— Детка, он уже трахнул тебя... Когда он влил свою сперму в твою восемнадцатилетнюю киску старшеклассницы, это было настоящим трахом, — сказал я, намеренно провоцируя.
— Нет... — вздохнула она, а затем, буквально секунду спустя, предположила. — Может быть...
— Ты хочешь, чтобы он снова кончил в тебя? — спросил я, не в силах больше сдерживаться.
— Ты хочешь, чтобы я это сделала? — спросила она, и я понял, что мы ведем тот же разговор, что и у Грега. Я медлил с ответом, и по мере того, как секунды шли, я чувствовал, что она начинает волноваться, и, наконец, она повторила. — Ты хочешь, чтобы я это сделала?
— Нет, детка... Не в этот раз. Скажи мне, чего ты хочешь, — возразил я.
— Пожалуйста... — заныла она.
— Пожалуйста, что? — спросил я, думая, что она спрашивает разрешения.
— Пожалуйста, скажи мне, — ответила она.
— Нет, Нэнси. Ты хочешь трахнуться с ним? Да или нет, — потребовал я ответа.
На мгновение она встретилась со мной взглядом, а затем уткнулась лицом в мою руку и тоненьким голоском прошептала:
— Да...
Я начал быстро вбиваться в нее, и когда моя жена поняла значение моего внезапного всплеска возбуждения, на ее лице появилась едва заметная понимающая улыбка.
— Что? — спросил я, защищаясь, но вместо того, чтобы дождаться ответа, заявил. — Он еще долго будет хотеть тебя.
— Да... — бесстыдно ответила она.
Я почувствовал, как она потянулась назад и начала дразнить мои яйца ногтями, и мы оба поняли, что в таком возбужденном состоянии я долго не продержусь. Конечно же, я начал сопротивляться но всего через двадцать секунд проиграл битву и, издав серию громких стонов, излил свое семя в Нэнси. Совершенно обессиленный я сумел сделать еще три толчка, а затем рухнул на нее всем телом, прежде чем медленно соскользнуть на бок.
— Ты заставила меня кончить слишком быстро, — запротестовал я.
— Я знаю, — ответила она, — тебе нужно было это сделать.
Мы обменялись несколькими нежными поцелуями, а затем она повернулась в моих объятиях, крепко закинув мою руку себе на плечо. Она немного поерзала, устраиваясь поудобнее, и по ее поведению я понял, что Нэнси вполне довольна тем, как все обернулось, поскольку она не только избежала немилости, но и нашла способ воплотить в жизнь свою детскую фантазию.
Я уже почти заснул, когда меня осенила мысль, и я прошептал:
— Кто еще прислал тебе сообщение?
В тот же миг ее дыхание остановилось, а тело напряглось, означая, что я что-то обнаружил, и пока я собирался продолжить расспросы, она ответила:
— Рубен.
— Тебе нужно рассказать мне об этом... завтра, — сказал я, понимая, что слишком устал.
— Хорошо, — согласилась она, и я почувствовал, как ее тело медленно расслабляется.
На следующее утро мы встали и пошли завтракать, не обсуждая сообщение латиноамериканца, но я несколько раз ловил на себе ее пытливый взгляд и предполагал, что она надеется оценить мое состояние. Однако моя непринужденная манера поведения рассеяла ее беспокойство, и когда я перешел в гостиную, чтобы посмотреть утренние новости, то увидел, как она исчезает через заднюю дверь. Я решил, что она надеялась связаться с тренером Джонсоном, и по прошествии почти часа заподозрил, что она затеяла с ним какую-то телефонную игру перед свиданием.. Наконец, она вернулась, и ее разочарованное выражение лица сказало о том, что
как я была медсестрой