на краю леса, закончилось бы на несколько дней раньше. А так, «шаловливые ручонки» моего юного спасителя, ни секунды не оставляющие в покое все выступающие части моего тела, совершенно не давали мне возможности в спокойной обстановке, настроится на мысли горничной.
Она была единственной во всем замке, с кем мне удавалось установить контакт. Наконец такой момент настал.
С утра, мой юный ловелас ушёл на поиски пропитания, а я (поскольку, выйти на люди незнакомой женщине в деревне, было совершенно не возможно) осталась его ждать в сарае.
Оставшись наконец одна, и избавившись на короткое время от притязаний на моё тело, кое при моём попустительстве, достигло границ всякого разумного понимания. Я наконец расслабившись, попробовала осторожно «нащупать» мозг знакомой девушки. Когда после трех попыток у меня ни чего не вышло, я было уж, хотела прекратить попытки, думая, что расстояние слишком велико. Как вдруг, на наше счастье, у меня стало получаться. Я увидела длинный дворцовый коридор и поняла что, горничная идет в сторону прачечной. Ощущения были так реальны, что казалось это я сама сейчас стою там, перед дверями. Я слышала ворчливую прачку, которая почему-то шёпотом говорила девушке, вручая сложенные простыни:
— Давай живее, господа не любят кода прислуга копается. – Последовала долгая пауза, потом; — Знаешь а, в покоях-то почти ни чего не изменилось...
— Что? – Не поняла горничная.
— Простынь, говорю, вчерашняя, вся мятая и в пятнах. – Она многозначительно подняла бровь.
Я почему-то при этих словах покраснела, возможно краснела вовсе не я, а горничная, но вдаваться в подробности мне, не хотелось. Девушка, неся перед собой сложенные простыни направилась по коридору, в сторону королевской спальни. Я приготовилась, возможно, ее глазами, я смогу понять, кто же теперь занимает место в королевских покоях. Но как это обычно и бывает, в самый ответственный момент, появился мой страдалец и, тут же занялся моей грудью. Прерванная столь бесцеремонно, от важного созерцания, я буквально вскипела:
— Трент! – Вскрикнула я, теряя самообладание, — это уже слишком. Что, вечера тебе мало? — Видя, что я, взбешена и, настроена серьёзно, парень скорчив обиженное лицо, вновь ушёл. Я вновь попыталась настроиться на видение королевской спальни, но, у меня, ни чего не вышло. Возможно, я была слишком взвинчена и у меня ни как не получалось расслабиться. Наконец, оставив бесплодные попытки, я, принялась за еду, что принес Трент. Вкоре, немного поостыв, пришёл и он.
Его обиженный вид так позабавил меня, что я тут же перестала на него сердиться, поела, успокоилась и, день прошёл точно так же как и все остальные. Поскольку сарай стоял на отшибе, а в деревне появлялся только Трент, о моём существовании, кроме нашего маленького друга, никто больше не знал.
Это было очень хорошо. Иначе, взрослая женщина, прячущаяся в заброшенном сарае, в компании молодого, парня, могла вызвать нездоровый интерес у жителей деревни и, в конце концов, привести к плачевным последствиям.
Плотно поужинав тем, что удалось добыть Тренту в деревне, мы зарывшись в сено расположились на ночлег.
Юноша, очевидно, не спал, обиженно сопел, но руки не распускал. И тут, вдруг я снова почувствовала себя в теле горничной. И то, что я почувствовала, заставило меня немного растеряться. Похоже, девушка вот прямо сейчас, занималась там тем, чем мы занимаемся тут от нечего делать, каждую ночь уже почти неделю.
Я явственно ощутила в себе постороннюю горячую, упругую, плоть. Совершающую недвусмысленные возвратно-поступательные движения и, приятную истому в низу живота. Моё дыхание сбилось, я сжала бедра стараясь отогнать от себя ощущения чужого секса. Я собрала
Горячий дождик