Утро. Серые легковушки стояли в пробках, гневно сигналя друг другу.
Блаженный понедельник.
Нина снова ехала на метро, вспоминая о конфликте. Заготавливала речь для Юли, вспоминала про Ивана, думала о работе и вот-вот надвигающимся празднике.
— Станция Комарово — пролепетала моложавым женским голосом из динамиков вагонов женщина диктор.
Поднявшись на улицу, Нина традиционно подала деньги безногому дедушке, который на баяне играл одну и ту же песню. Его красный от холода нос картошкой и добрые голубые глаза умиляли Нину Ивановну, потерявшую любимого дедушку еще в детстве.
— Ой, дочка, Ниночка, спасибо родная, дай Бог тебе здоровья, деточка — ласковым и старческим голосом произносил дедушка, одетый в камуфляжные штаны и какое то облезлое коричневое пальто.
Женщине нравилось, когда ее, сорокалетнию даму, начальницу, властную и очень строгую, любя назвали «деточка». Юной души так хотелось любви.
Так, одетая в серое пальто, красное платье и черные утеплённые колготки, Нина шла на работу.
Ветер развевал её длинные чёрные волосы, а также ее роскошный французский шарф бежего цвета.
После ссоры с Юлей, она долго переживала, как к ней будет относится коллектив, но как не странно, все на работе работали точно так же.
С утра в МФЦ было удивительно мало людей. Холодный сквозняк дул из открытых пластиковых окон. В зале ожидания активно работали уборщицы, а в офисе для сотрудников активно включали компьютеры и проверялись базы данных, документы а так же ставилась важная информация на сегодня.
Уже в дверях, Нина Ивановна увидела стройную и высокую брюнетку Лену, в белой блузке, оранжевом бархатном галстуке, как у работников Сбера, только другого цвета, а также, красивую чёрную юбку на застёжки сзади, на которую, тайно посматривал охранник дядя Гена, тучный и толстый афганец.
— Здравствуйте, Нина Ивановна — первая произнесла брюнетка Лена с заплетённой косой из темных волос.
— Я здесь — произнесла громко Юля, стоявшая сзади своей начальницы.
Повернувшись, Нина Ивановна увидела точно такую же красивую блондинку, одетую в серый кардиган, белую майку и серую юбку с прорезью на безупречную девичью ножку. Правую.
— Оу, прелестно выглядишь, Юль — начала Нина тревожась.
— Вы тоже, Нина Ивановна
Начальница была в шоке от доброты работницы, которая еще вчера плакала от ее строгости. Радоваться или бояться, Нина не могла доходчиво понять, что произошло.
— Извини меня, если обидела тебя вчера — выдохнув и проронив заветные слова, проговорила басовито Нина, положив свою ухоженную ручку на плечико Юли.
— Это вы меня извините, Нина Ивановна, нагрубила вам, нахамила, а вы ведь с нами и огонь и воду проходите ежедневно, а я. .. — произнесла печально Юля.
— Ну все девочки, давайте сегодня активно проработаем эту неделю ! — произнёс идущий сзади толстоватый Потапов в прелестном сером костюме от Бриони
— Здравствуйте Олег Юрьевич — проговорила нехотя женщина, снимая с себя пальто.
— Отличное платье, Нина, ты теперь коммунистка ? — иронично вопрошал лысый мужчина, который постоянно смотрел, на подаренные за хорошую работу, золотые роликсы на своих руках.
— Спасибо, классные носки — специально ответила женщина, дабы хоть как-то ткнуть Потапова в его хорошее настроение.
— И у тебя Нина, такие длинные, впервые вижу —произнёс, смеясь со своей глупой шутки Потапов, видя злость в лице Нины, удивление в глазах Юли и сдерживание смеха от стоящей недалеко от них Лены, которая так«невзначай», смотрела эту комедию дикого абсурда.
— Что-то хотел ? У нас скоро завал начнётся. Сегодня опять таджики с узбеками толпой нас будут рвать.
Непорочное зачатие или сон разума рожает