по утрам после этого она лучезарно улыбалась, вся светясь, как комочек счастья.
Я же по-настоящему страдал, даже не имея возможности подрочить, и мне приходилось каждый раз останавливать себя, когда непристойные мысли и картинки одолевали моё возбуждённое сознание. Ведь Хлоя была моей сестрой, чёрт возьми! Думать о том, что она красивая юная девушка, было нормально, а вот дрочить, фантазируя о ней, - нет. Это было... ну... неправильно.
И всё же, она поступала со мной гораздо хуже, не так ли?
Я размышлял над этим вопросом часами и стал замечать, что в течение дня начинаю смотреть на неё по-другому.
То, как Хлоя двигалась, улыбалась, отвечала на мои шутки, или как она была сосредоточена на книге, которую читала днём - всё это стало казаться мне чем-то волшебным, потусторонним. Каким-то образом я перестал воспринимать её просто как свою младшую сестру и начал видеть в ней молодую и очень привлекательную женщину.
И это осознание словно перещёлкнуло внутри меня некий невидимый, но очень важный переключатель.
*******
С трудом дождавшись очередного вечера, я забрался в кровать, и на этот раз я был без трусов. Да, я нарушил правило 32. Волновало ли это меня? Нет. А как отреагирует на это Хлоя, когда обнаружит? Этого я не знал, но... решил рискнуть и готов был поспорить, что она не будет жаловаться на нарушение конвенции.
Кроме того, я предусмотрительно не снял боксеры полностью, а только изогнулся каралькой и приспустил их под простынёй до лодыжек. Ну... на всякий случай, если мне понадобится оправдаться - тогда я скажу, что они каким-то образом соскользнули, пока я спал. Никогда не нарушай правила, не имея запасного плана!
В ожидании сестры моё сердце ускоренно отбивало свой ритм, и я чувствовал, как кровь прилила к моему лицу, и ещё быстрее - к члену, но я заставил себя успокоиться, когда Хлоя, наконец, вышла из ванной.
Перекатившись набок и уставившись в стену, я замер на постели спиной к ней, представляя, как она сейчас раздевается догола, натягивая на себя мою футболку.
Через минуту Хлоя скользнула под простыню, мы пожелали друг другу спокойной ночи, и я, протянув руку к тумбочке, выключил лампу. На сей раз я не заснул, вместо этого заставив себя бодрствовать, делая при этом самый убедительный вид, что сплю, как убитый.
Спустя примерно полчаса Хлоя приступила к своим обычным ночным делишкам.
— Мэтт..? - тихонько позвала она.
Я не ответил, оставшись лежать животом вверх, стараясь сопеть равномерно и со всем присущим мне артистизмом притворяясь спящим. Хлоя ещё несколько раз шёпотом окликнула меня, пока не убедилась, что я заснул.
Затем я почувствовал, как она взяла меня за руку и начала притягивать к себе. Так вот, значит, каким образом я всегда оказывался на боку, крепко обнимая её? Маленькая плутовка всё это время проделывала этот трюк сама!
Я позволил ей перевернуть себя набок, стараясь при этом не выглядеть слишком нетерпеливым или слишком медленным. В конце концов, я снова оказался прижатым к ней в позе ложки, и она стала елозить и извиваться всем телом, пока не устроилась поудобнее.
В этот момент я открыл глаза, зная, что хитрюга-сестрица не может меня видеть, поскольку находилась ко мне спиной.
Следующее, что сделала Хлоя - это привычным движением задрала надетую на ней футболку, оголив попку, и, выпятив свои сдобные булки, слегка подалась назад, прижавшись ими ко мне.
Я услышал, как она ахнула, почувствовав, как уже возбуждённый член коснулся её задницы, впервые без какой-либо разделявшей нас одежды. Хлоя покрутила попкой, устраиваясь поудобнее, пока мой стержень не упёрся ровно в щель между её ягодицами.
Русичка