немного мокрой, вода все еще стекала по ее плечам, и, должно быть, ей было немного холодно, потому что ее соски сильно сжимались и сильно выступали.
Я давно не видел Светочку такой, голой или почти голой. Маленькие трусики были настолько прозрачными, что сквозь них можно было ясно разглядеть, её тёмный лобковый треугольник.
Светлана подошла к нам на диване и протиснулась между мной и моей женой. Так холодно, она вздрогнула и протиснулась между нами, натягивая теплый плед, до подбородка.
Моя жена Анечка наклонилась к журнальному столику и дала каждому из нас по бокалу с вином, и мы все сделали по глотку.
Светлана становилась все более и более ласковой и непринужденной лежа с нами на диване, что моя жена признавала с улыбкой.
Наша дочь прислонилась ко мне и очень прижалась ко мне. Погруженная в свои мысли, она гладила мою грудь, время от времени потягивая своё вино из бокала.
Я вопросительно посмотрел на жену, но она только подмигнула мне и пожала плечами, наклонилась ко мне и долго целовала.
Я был шокирован, обнаружив, что Светлана не ласкает мою грудь, но ее рука теперь была глубоко на моем животе, ее руки нежно обхватывали мой пупок, и у меня было ощущение, что она хочет проникнуть еще глубже.
Но еще больше я испугался, что у меня появилась огромная эрекция. Моя восемнадцатилетняя дочь обнимается со мной, и у меня получается от этого возбуждение члена. Я взял ее руку и крепко сжал ее. «Стоп!» — сказал я очень твердо. Затем я поцеловал дочку в кончик носа с усмешкой. «Не дальше!».
Светлана нахально улыбнулась мне: «Ой», — хихикнула она. «Просто скажи папа, что что-то шевелится у тебя между ног!».
«Ну, Светочка — сказала моя жена Анечка, смеясь, — мы просто с твоим папой, еще не вышли, из возраста когда занимаются сексом!».
Светочка повернулась к маме, но продолжала держать руку у меня на животе. «Ерунда, — сказала Света, — на самом деле я думаю, это здорово, что вы родители, до сих пор занимаетесь сексом так часто и не так напряжены, как родители моих друзей».
Я поднял глаза. «Так часто? Откуда ты знаешь, как часто мы занимаемся сексом друг с другом»? — спросил я.
Светлана снова прижалась ко мне, слегка поцеловала в щеку. «То, как мама иногда выходит из себя, ее крики можно слушать на улице. Кроме того, вы не всегда замечаете, когда я прихожу домой». Пальцы Светлана стряхнули мою руку, и она положила ее обратно мне на живот, снова на несколько сантиметров ниже пупка. Я заметил, как мой член быстро начал увеличиваться в размере.
«Я несколько раз приходила домой, когда вы занимались сексом в гостиной или на кухне», — продолжила она. Ее ногти коснулись моей головки члена, очень коротко и очень нежно, когда дочь добавила: «Конечно, я видела вас несколько раз занимающихся сексом!».
Когда Светлана коснулась моего члена — я не знаю, было ли это намеренно или случайно — мягкое «ой» вырвалось из ее рта. Она коротко посмотрела на меня, затем приподняла покрывало и посмотрела прямо на моё тело. «Боже мой! Какой он огромный!», — прошептала она и посмотрела на свою маму. «Теперь я знаю, почему я слышу твои крики мама!».
— Да, это одна из причин, почему твой отец — мой любимый, после стольких лет брака, до сих пор.
Продолжая шептать, как будто кто-то мог нас услышать, моя дочь ответила: «Я вам завидую родители!».
Анечка наклонилась к ней, погладила ее по волосам и поцеловала.
— Не своди своего отца с ума, — подмигнула она ей. Светлана, вероятно, увидела в этом
Марево