временем смазала Оле анус и, не особо церемонясь, вставила градусник. Причем вставила так, что у Оли потемнело в глазах. Марина сочувствовала подруге, а потому Олю недолюбливала с первого же взгляда. *** Юля вернулась минут через семь. Марина сидела за столом и записывала показания в карту, Оля лежала свернувшись калачиком на кушетке, а Андрей поглаживал жену то по спине, то по голове. - Итак? – спросила Юля.- Температура повышенная, Юлия Александровна. - Делаем клизму, значит.- Значит делаем. Все слова с трудом доходили до Олиного сознания. Она думала о том, что у мужа сегодня день рождения и о том, что он видит и понимает то, что с ней делают. Юля тем временем подкатила стойку с большой грелкой ближе к кушетке. Оля повернулась на грохот колес и с ненавистью посмотрела на резиновое орудие пыток. - Значит так, милочка, – сказала Юля, пока Марина наполняла грелку водой, – Снова спускай пониже шортики и трусики и вставай рачком. А вы, молодой человек, выйдите из-за ширмы. Андрей повиновался, а Оля стала со злостью расстегивать шорты.- Злиться, милочка, нужно только на себя. Нельзя так желудок запускать. Когда последний раз клизму-то делала?- В десятом классе, – буркнула Оля. Тогда ей поставили клизму, она успела опорожниться дважды в больнице, но видимо не до конца… И по дороге домой её снова прихватило. Она в панике пристроилась в какие-то кусты, судорожно стала спускать джинсы, но не успела совсем чуть-чуть. Из неё стало выходить как раз тогда, когда джинсы были спущены, а руки легли на резинки кружевных трусов. Спустить их она так и не успела, вернее успела, но было уже поздно. Белье было безвозвратно испорчено. Она поморщилась, вспомнив тот казус и резко спустила трусы. - Молодчинка, – похвалила её Юля, шлепком по правой ягодице. – Голову ниже, ноги шире, выпячивай попу, выпячивай, не стесняйся. Так, молодец. Расслабь дырочку, расслабь. Умничка. Оп.- А-а-а! – воскликнула Оля, слезы все-таки хлынули из глаз. – Ай! Больно!- Потерпи, маленькая, потерпи. - Больно! А!- Так, я открываю.- Мама!- Спокойней, солнышко, – гладила Юля её по попе. – Спокойно. Расслабься, и не дергайся, поверь мне, больнее будет.- Мамочка, мама! Ой! – ревела Оля.- Ну хватит! – теребила Юля волосы на Олиной промежности. – Хватит. Успокойся, скоро все это кончится. Тебе будет легко! Скоро! Оля стонала и ревела так, что у Андрея тут же встал. А Юля тем временем молча поманила его рукой. Он подошел и всю процедуру видел своими собственными глазами. Оля успокаиваться не хотела.- Ну что ты как маленькая! Взрослая же девушка! – еле сдерживала смех Юля. А Марина тем временем прошептала Андрею на ухо, что Юля использовала самый толстый наконечник. Оля продолжала ныть и Юля использовала самый верный по её мнению метод. Она стала ласкать Олино влагалище. Хоть и неприятно было трогать Олины заросли (совсем не бреет девушка!) но Юля пересилила себя и попыталась сделать Оле приятно. Такая своеобразная компенсация за клизму, хоть уж Юля-то тут точно была ни при чем. Не из-за неё же у этой неряшки живот заболел! Наконец, когда Оля из-за манипуляций Юли практически кончила вода в грелке закончилась. Юля великодушно вытащила толстенный наконечник из Олиной попки, а сама продолжила теребить Олину киску. - Я хочу в туалет! – простонала та, уже не обращая внимания на Андрея. – Я хочу какать! - Потерпи. Полежи
Танечка