внутренние складки. Клитор, а это совершенно точно был он, теперь Витя не сомневался, розовеньким стерженьком выступал из валика окружающей кожи. Мысль обожгла Витю: Анька дрочила! Вот поэтому тут теперь так набухло и покраснело!
— Ну что?! — вернула она его из своих мыслей.
Витя со вздохом наклонился и принялся за дело. Анька сразу схватила его за голову и стала нажимать и двигать её туда-сюда, заставляя его лизать в определённых местах. Почему-то ей нравилось с одной стороны клитора, и туда она заводила его голову наиболее часто. Размазывая свои соки по его лицу, вжимая его голову в себя, Анька кончила очень быстро. Но не так сильно, как в первый раз.
Витя думал, что сейчас она его отпустит, и всё кончится. Но не тут-то было. После минутного отдыха Анька закончила:
— Витечка, а можешь ещё разик?
Он покорно согласился. За следующим разиком последовал ещё один и ещё. Витя лизал и уже сбился в подсчётах, сколько раз эта жадная до наслаждения девушка заставляла его щекотать свою щель. Стеснение совсем оставило её, так что под конец ноги её оказались у него на спине, она прижимала ими его голову, вдавливая его лицо в расхрюстанное множеством оргазмов и бесконечным истечением слизи влагалище.
Анька дёргалась, глухо стонала, пощипывая свои соски через футболку и закусывая язык. Наконец, Витя взмолился и отполз, не чувствуя ни губ, ни языка. Анька была где-то на полпути и взревела, не кончив. Её палец воткнулся в перегретую пилотку и быстро-быстро замелькал по щели. Ноги вытянулись в струнку, и, напрягшись всем телом, до вздутых на шее вен, она с мучительным выдохом кончила ещё раз, уже совсем не смущаясь находящегося рядом парня.
Витя вытирался, поражённый такими изменениями в Аньке. Чопорная одноклассница, с пренебрежением всегда относившаяся к ребятам, вдруг оказалась горячей страстной бабой, без стеснения раскрывшей перед ним всю подноготную.
Аня, не открывая глаз, лежала, сложив руки на животе:
— У меня теперь там болит внутри, — пожаловалась она.
«Ещё бы, столько кончать!» — хотел сказать Витя, но промолчал. У него всегда от долгой дрочки тоже болели и яйца.
— Ну что, пойдём гулять?! — шмыгнул он носом.
— Ох, Витя... — замялась Анька, открывая один глаз. — Я сейчас не могу. У меня болит всё, мама скоро придёт, уроки делать надо. Да и тебе уже пора, да?
Она не делала попыток укрыться, и Витя, как дурак, таращился на её влажную красную щель, ощущая мощный стояк. Определённо, ему было чем заняться дома, и он быстро попрощавшись, отправился восвояси.
Теперь он посещал Аньку чуть ли не ежедневно. Вернее, ежедневно, кроме выходных и её критических дней. Теперь он знал, когда у Аньки месячные! Ебануться! Он чувствовал себя парнем с настоящей девушкой. Пусть он сам не доставал перед ней свой подрастающий хвостик, у неё между ног он поселился основательно. За время такой обширной практики он отточил навыки, научился разным штукам, заставляющим Аньку извиваться и громко стонать, называя его всякими ласковыми словечками. Теперь он был её «лизун», «лизунок», «лиза», «щенок», «подлиза» и «медовая лиса». Кровать была давно забыта. Теперь она хотела, чтобы он лизал ей, когда она стояла, то сидела на стуле, то вообще подставляла зад, и тогда, чтобы достать до клитора, ему приходилось разводить руками и утыкаться ей носом в зад.
Вот такая у них была «дружба». Остальные обещания Вите Анька давно забыла, используя его только для собственного удовольствия. Она будто озверела от его угодливости и долгого терпения. Могла часами держать его между ног, упрашивая не останавливаться. Если ей всё же не хватало, могла тут же,
" В городе Сочи - темные ночи "