что это очень распространенное явление, — объяснила Лорен, и почти клинический тон ее разговора вселил в меня надежду, что я легко отделаюсь.
— Хорошо, но я не уверен, что я смог бы когда-нибудь объяснить это таким образом... — начал я, но меня быстро прервали.
— Грег, даже не пытайся, — заявила она, бросив на меня решительный взгляд.
— Ладно, извини, — повторил я и снова вернулся в свою собачью будку.
— Принеси мне еще вина, — потребовала она, и я немедленно вскочил на ноги и потянулся за бутылкой.
— Чем все закончилось? Ты долго там пробыла, — спросил я.
— Мы обсуждали, что с тобой делать, — сказала она и сделала глоток.
— И что? — нетерпеливо спросил я.
— У нее ушло на это много времени, и она даже старалась вести себя профессионально, но, в конце концов, она стала говорить как женщина с женщиной, — объяснила она.
— И? — снова спросил я, теперь уже сидя на краю дивана.
— По сути, она сказала, что если я дам тебе немного того, что ты ищешь, я смогу получить все, что захочу, — ответила она, и на ее лице появилась улыбка, которую она старалась спрятать.
— Это непрофессионально. Это заговор, — сказал я с легким удивлением.
— Ты что, шутишь? Так тебе и надо. Ты должен был с самого начала прийти ко мне, своей жене, своей девушке детства Я думаю, была бы очень справедливой! — ответила она, повысив голос.
— Прости, — сказал я, снова испугавшись.
— Кто эти мужчины? Это единственное, чего она мне не сказала, — спросила моя жена.
Я попытался изобразить застенчивость, но, немного помявшись, сказал прямо:
— Крис, Зак и Томас, твои коллеги.
Крис был мужем одной из ее хороших подруг, с которой мы часто общались, Зак был механиком, который ухаживал за нашими машинами, он был моложе, лет двадцати четырех, и имел средиземноморское происхождение, а Томас был чернокожим парнем постарше, о котором я совсем недавно рассказывал доктору Штурм. Были и другие, но они были второстепенными игроками, и Лорен восприняла эту информацию без видимой реакции.
Остаток вечера мы потягивали вино и болтали, и разговор, к счастью, перешел на другие темы. Казалось, что ее разочарование во мне прошло, но позже, в постели, когда я потянулся к ней, она строго сказала, что я все еще в немилости.
На следующий день мы вместе позавтракали, а затем Лорен ушла по делам и за покупками. Ее не было почти весь день, и осенние тени становились все длиннее, когда я услышал, как она вернулась. Подскочив на случай, если она что-то несла, я встретил ее в прихожей, и первое, что я заметил, это то, что ее блузка была расстегнута так, что были видны округлости ее груди и часть лифчика.
— Дорогая, почему у тебя так расстегнут верх? — спросил я.
— Ох! — воскликнула она, бросая сумки и быстро застегиваясь.
— Лорен? — начал я, но она подняла сумки и молча прошла мимо меня.
Я, как щенок, следовал за ней, пока она раскладывала покупки, и каждый мой вопрос ловко игнорировался. Наконец, когда она закончила, я подступил к ней на кухне.
— Куда ты подевалась? — спросил я.
— В торговый центр за покупками, затем в продуктовый магазин за кое-какими вещами, а после этого зашла к Заку, чтобы он посмотрел мою машину, она шумела, — ответила она.
Теперь я понял, что это ее игра. Она играла со мной, чтобы добиться реакции. Уверен, что она не видела Зака и что, скорее всего, она расстегнула свою блузку прямо перед тем, как войти, но мысль
Ярость некроманта