солнечных лучах, смотрелась умопомрачительно! Особенно понравилось ей заниматься у самого окна, выходившего на оживлённую улицу, зная, что случайный прохожий, подняв голову, вполне мог бы увидеть её, голую, на втором этаже. Когда я в шутку сказал, что она сейчас выступает перед всей улицей, Валя в первый момент отпрянула, но... через несколько секунд, глянула на меня так, что я понял - очередная метаморфоза только что произошла.

И точно: изящная обнажённая девушка медленно встала у самого подоконника, подняла руки и начала делать своё любимое упражнение - вертикальную восьмёрку бёдрами... Ну, неудивительно - ей всё ещё требовались доказательства собственной красоты, и чтобы удовлетворить эту потребность, она готова была на любые эксперименты... Наблюдая Валин эксгибиционизм, я почувствовал такое возбуждение, что то занятие она так и не закончила: увидев меня, тоже голого, подходившего с членом наперевес, Валентина сладко улыбнулась, и молча, без предупреждения, как она любила, прыгнула мне на руки, обвивая бёдрами, прижимаясь, впиваясь в меня губами...

Отдельно вспомнилось, как я, немного привыкнув к ней, и уже перестав впадать в восторженный транс всякий раз, когда она раздевалась, обратил внимание на её голос, который тоже менялся в такие моменты, становясь... настолько чувственным, что мне, порой, хотелось закрыть глаза и просто слушать, как она то ли дышит, то ли стонет, скользя по моему стволу верх и вниз, получать какое-то особое удовольствие, так непохожее на обычное сексуальное удовлетворение... Валины стоны и дыхание, сдавленные, тоненькие, пробуждали во мне какую-то скрытую страсть, и я собирал в кулак всю свою выдержку, сопротивляясь накатывающему оргазму, затягивая это волшебное действо как можно дольше, заставляя Валентину выбиваться из сил и после кульминации падать на меня, дыша загнанно и громко, а я слушал эту самую прекраснейшую из природных мелодий, и никак не мог наслушаться...

Как-то я, в порыве чувств, не удержался:

— Если бы Мишель Крету записывал свою "Энигму" в наши дни, он бы точно выбрал тебя, а не Сандру голосом своего проекта! - искренне восхитился я, в ту же секунду понимая, что комплимент канул в... пропасть поколений.

— А...

— Погугли, если интересно, ладно?

— Ладно... - Валя выглядела... нет, не удивлённой. И даже не пристыженной своим незнанием. Она напомнила мне... золотую рыбку, которая, ударившись в тысячный раз о невидимую, но несокрушимую стеклянную стенку, просто отпрянет, привычно, чтобы через секунду, так же, в очередной раз устремиться вперёд...

На следующей нашей встрече, она радостно сообщила, что нашла и Энигму, и Крету, и Сандру, всё послушала, что Сандра - фу, верещит как раненая косатка, а вот Энигма оооочень понравилась, а что - она, Валя, прямо вот так же красиво дышит?! Я поклялся, что да, именно так, очень сексуально, и меня это очень возбуждает, что привело к немедленным последствиям: во время секса Валентина стала вести себя гораздо шумнее, перестав сдерживаться совершенно, и это, конечно, ещё добавило очарования и огня в наши постельные отношения...

Я мог вспомнить множество таких случаев, причём совершенно разных, но реакция Вали на культурную и жизненую пропасть между нами была всегда одинаковой: она всеми силами старалась вникнуть, понять, узнать, быть в курсе того, что нравилось мне. И не останавливалась в своём стремлении ни перед чем!

Само по себе такое отношение вызывало умиление и тепло в сердце, так что приходилось себя одёргивать, напоминая, что Валя тут не для моего удовольствия, а потому, что я могу что-то для неё сделать, при этом стараясь не навредить. Но всё чаще, когда я вспоминал наши встречи, мне казалось, что я таким образом просто пытаюсь себя оправдать, в то время как

Эротические и порно XXX рассказы на 3iks

Прочтений: 1988

Катенька, Как я стала сучкой моего любимого

Таблетка для мамы

Это судьба

ПОЗНАЙ СЕБЯ

Родительское собрание