В таком-то возрасте, да еще вдовцом. У меня все там бурлить должно, сразу в койку и три часа без перерыва!
— Ты не понимаешь женщин. Если она тебе без эмоциональной связи даст, то потом уже по мужикам пойдёт так, что не остановить. А нам нужен постоянный надежный вариант! Поэтому надо, чтобы она к тебе привыкла. Может, влюбилась. Вот тогда и вперед! Тебе же не обязательно сразу в неё член совать, ты и другие приемы знаешь, насколько я в курсе. Используй!
У Василия была мысль рассказать, какие на самом деле он знает приемы, полученные за долгую жизнь на чужих, отнюдь не домашних полигонах, но эта тайна должна была уйти вместе с ним, не достигнув чопорных ушей очень традиционной в сексе Нади. Он хмыкнул, не став противоречить жене и предоставив событиям развиваться самим собой. У него и не было морального права на подобные комментарии. Дважды жена принимала его после бурных романов с уходом из дома и просьбами о разводе. Дважды приползал обратно, клятвенно уверяя в любви и осознании глубины собственных ошибок. Теперь на тему женщин он всегда молчал, дабы не освежать тягостные воспоминания и не злить жену. Именно после последнего такого случая секс между ними выродился в тоскливый размеренный ритуал на пару позиций. Жена больше не целовалась с ним в губы, скупо чмокая. В сексе остался необходимый минимум, который устраивал Надю и позволял кончить Васе. Но о прежних играх и экспериментах ему пришлось забыть.
После этого разговора у Василия сложилась уверенность, что перед ним разворачивается какая-то Надина проверка на вшивость, в которой она одной рукой предлагала ему угощение, а в другой держала палку, чтобы незамедлительно ударить протянутую к конфетам руку.
***
Вася нервничал. Первое свидание после долгого перерыва. Договорились в кафе. Он опаздывал. Пришлось звонить и заверять в неизменности планов. Последние метры он почти бежал. Влетел, встал, прищурился с улицы и начал разглядывать зал.
Она сидела одна за столиком, именно такая, как он себе представлял по рассказам Нади, и весело помахала ему, как старому знакомому.
— Я здесь!
Она показалась ему моложе своего возраста. Высокая, стильно и сдержанно одетая, видно, что со свежей причёской и тщательным макияжем. Она не была худышкой, наоборот, все нужные выпуклости у нее просматривались и были вполне на уровне. Василий с удовольствием оглядел новую знакомую, удивляясь про себя нерасторопности мужиков: «Такая ладная фифа и в девках так долго!»
Он пробрался к её столику, наклонился, чмокнул в щечку и поблагодарил, что она согласилась на встречу.
— Ну что вы! Мне Надежда Викторовна так вас описала, расхвалила, что я сочла своим долгом...
— Тем не менее, спасибо. Знаете, я так волнуюсь, у меня давно не было... Гм, ну вы понимаете. Встреч. Свиданий.
— Понимаю. Ваша сестра не рассказывала вам обо мне? — Озабоченно осведомилась женщина.
— Нет, только то, что вы свободны, рассматриваете предложения. Тоже очень вас очень нахваливала! — Он сел, распорядился по заказу. Может за знакомство?
— Ой, я за рулём, — огорчилась женщина.
— Тогда чокнемся чаем!
— Вы часто выпиваете? — Сочувственно спросила новая знакомая.
— Чай? С утра до вечера! Только утром иногда кофе... был. Теперь не пью дома кофе совсем... — Задумчиво добавил мужчина.
Женщина с облегчением засмеялась.
— Меня можете называть Ангелина, вы, так понимаю, Василий! Как в «Любовь и голуби»? "Вась, а Вась!". — Передразнила она героиню фильма.
— Да, Раиса Захаровна! — Отозвался мужчина.
— Я, скорее всего, ассоциирую себя с их дочкой, которая любит отца и больше всех страдает. — Погрустнев, призналась Ангелина.
Наша мамуля