Категории: Инцест | Случай
Добавлен: 12.01.2025 в 17:41
не удосужилась попросить маму и папу или кого-либо из своих братьев и сестер взять ее к себе. она знала, что я Сергей старший из братьев был единственным, к кому она могла обратиться и жил я отдельно от родителей в доме доставшийся, от бабушки и дедушки умерших, от голода в период коллективизации. Я всегда питал к Верке слабость, и должен добавить, что в последнее время иногда я испытываю к ней неприязнь. Несколько раз за последний год или около того я часто ловил себя на мысли, что если бы она не была моей сестрой, я бы ее трахнул.
Это началось, за день за несколько месяцев, до ее бегства из дома родителей, когда я случайно заглянул в открытую дверь ее спальни и увидел ее стоящей голой. Ее стройная и плотная фигура блестела от свеж-нанесенной сметаны. Она стояла лицом к открытой двери, глядя вниз на грудь, в которую втирала сметану.
Я стоял с широко раскрытыми глазами и ошеломленным быстро растущим стояком, пока она медленно не подняла свою голову и не пронзила меня черными, сверкающими глазами. Ее полные губы расплылись в легкой улыбке, когда она продолжала тереть свою грудь около трех секунд, прежде чем игриво высунуть язык и повернуться, благословляя мои глаза высокими, круглыми, мясистыми щеками задницы.
— Прости Вера, — пробормотал я.
— Не твоя вина, братан. Мне следовало быть осторожнее, — ответила она, не оборачиваясь.
С тех пор, как Верка потворствовала и нагло выставляла напоказ свою ново обретенную сексуальность, она стала в отличие, от одной старшей сестры, которая все еще оставалась дома, и двух замужних до их отъезда, не заботилась о том, чтобы быть приличной, сидя или лежать по дому, или быть осторожной с дверями, когда одевалась или раздевалась, и после этого первого случайного взгляда продолжала снабжать меня сочными вспышками своих прекрасных обнаженных или почти обнаженных интимных мест. В таких случаях мой член всегда поднимался в знак приветствия ее женским прелестям, и я должен признаться, что был разочарован, увидев, как она сбежала с дома, потому что мне нравилось ее «Раскрепощенное» поведение.
Я не ханжа и не слишком ценю сексуальную мораль. В двадцать семь лет я уже давно оставил позади большинство угрызений совести в отношении секса и уже прошел путь инцеста, без всякой вины или отвращения, но никогда с моей матерью или другими тремя сестрами, к которым я просто не испытывал таких чувств любви. Однако с Веркой, я позволил своему воображению немного пофантазировать. Я трахаюсь с любой совершеннолетней женщиной в деревне, которая привлекательна и готова, не обращая внимания на деревенские пересуды. В нашей деревне 40 женщин и 15 мужиков. Я уже трахнул сестер, старую тетю по материнской линии, горячую жену брата моего отца и подругу моей матери.
Через шесть месяцев после того, как Верка сбежала, я переехал в свою нынешнюю избу, чтобы иметь больше свободы для удовлетворения своего огромного сексуального аппетита. Время, от времени, я встречался с Веркой на улице до побега. Она всегда оставляла меня горячим, с каким-то стояком и дикими фантазиями, умоляющими стать реальностью. Дважды она заходила ко мне домой, чтобы занять денег, и оба раза я был опасно близок к тому, чтобы трахнуть сестру.
И сестра вот теперь в моем доме...
Вскоре после того, как мы уселись, я пару раз поймал взгляд Верки, которая осторожно заглядывала мне ниже талии, вероятно, пытаясь выяснить, не догорел ли огонь на моих утренних дровах. Он все еще был возбужден, но с меньшей интенсивностью, и сама мысль о том, что она смотрит туда, помогала поддерживать
Воспитанный сёстрами