в нее в миссионерской позе. Мы мгновенно слились в нашем привычном ритме и несколько минут двигались вместе, и только наши вздохи наполняли комнату.
— Расскажи мне об этом, — наконец попросил я, зная, что вряд ли она возбудится настолько, чтобы снова достичь оргазма.
— Мы пошли к нему домой, — сообщила она, не вдаваясь в подробности.
— И что? Что было? Там были посторонние? — настаивал я.
— Мы пошли в спальню. Да, там были какие-то люди, — ответила она.
— И он отвел тебя в постель и довел до оргазма, — скорее констатировал я, чем спросил. — Сколько раз он тебя трахал?
— Не раз, — хрипло ответила она мне на ухо.
Ее слова были возбуждающими, и я сильно надавил бедрами, заставив ее вскрикнуть от боли, напомнив мне, что у нее, вероятно, сильно болело от большого члена, который она недавно приняла.
— Тебе, должно быть, понравилось, — прошептал я в ответ.
— М-м-м... — раздался ее тихий стон в ответ.
— Что еще было? — спросил я, давая ей возможность рассказать мне о том, чему я был свидетелем.
— Ничего, — быстро ответила она, но я почувствовал, как она на мгновение напряглась.
Теперь я знал, что она собиралась сохранить в тайне, по крайней мере, на данный момент, те дикие вещи, которые произошли. Я подумывал о том, чтобы поспрашивать ее еще, но решил, что лучше отложить это на другой день, поэтому со всей нежностью, на которую был способен, я занялся любовью со своей красивой женой, выйдя из нее в самый последний момент и разбрызгивая свое семя по ее телу. Не вставая и не приводя себя в порядок мы забыли о вине и держались в объятиях, пока не заснули.
Судя по ее предыдущему поведению я ожидал, что она в какой-то момент заговорит о встрече с Томасом. Однако дни шли, но о нем не было никаких упоминаний, а я, вместо расспросов, молчал на эту тему, предпочитая, чтобы она заговорила сама.
Через две недели после ее встречи в доме Зака, когда мы только начинали наше субботнее утро, мне сообщили неожиданную информацию. Лорен сидела с открытым ноутбуком на кухонном столе и, попивая кофе, переписывалась по электронной почте. Когда она оставила его без присмотра, выйдя на минутку в заднюю часть дома, я случайно взглянул на экран. Он был открыт на ее календаре, и мой взгляд каким-то образом остановился на назначенной на вторник встрече с доктором Штурм. Мне это показалось странным, так как мы не разговаривали с консультантом и не виделись с ней уже много месяцев.
Новость об ее посещении доктора не выходило у меня из головы, и следующие несколько дней я размышлял над его значением, надеясь, что в какой-то момент она сообщит мне об этом. Когда вторник прошел без обсуждения, это только разожгло мое любопытство. В течение нескольких дней я размышлял о предмете их встречи и почти всегда приходил к выводу, что в том, что она обратилась за консультацией к квалифицированному специалисту, нет ничего удивительного и, скорее всего, было даже полезным. Однако, я просто не мог смириться с тем фактом, что не понимал точно, о чем могла бы шла речь и какую роль мне отведут в этом разговоре. Это побудило меня записаться на прием к доктору Штурм.
Я был несколько удивлен ее согласием на этот визит, поскольку полагал, что между визитом моей жены и моим вполне может возникнуть конфликт. Однако, ее ассистентка записала меня на десятый день без разговора. Именно при таких обстоятельствах я поздно вечером в среду въехал в гараж
Тайга