когда напряжение тестикул достигло предела, и в крайней точке я с силой вдавил головку в устье матки, выплескивая внутрь все население животворящей субстанции.
Кажется, я так глубоко выплеснул эякулят, что в щели, которую я стал целовать, следуя желанию возлюбленной, не выступило ни капельки спермы. Солоноватая слизь была даже приятна языку. Слюна потоком сливалась вниз к анусу, который чутко отреагировал на прикосновение.
— Только не туда... - прошептала Оля, - Я там не готова... только поцелуй...
Языком снизу вверх до клитора, набухшего до размера фаланги мизинца, прикосновение, спазм бедер, снова вниз до ануса, глубокий вздох и стон, снова вверх и захват губами нежного женского «членика» - оргазм! Как же я люблю ощущать это состояние партнерши! Это дает мне не только осознание собственной сексуальной состоятельности, но какое-то эстетическое наслаждение. Ее тело особенно в этот момент.
Мы проспали почти до семи. Проснулись с тяжелой головой – переспали. Но крепкий кофе в баре с рюмочкой коньяка вернул нам хорошее настроение и бодрость духа.
В баре было многолюдно. В основном это были те же молодые пары, которые ехали с нами в шаттле. Но были и мои московские коллеги – Андрей и Слава. Они о чем-то беседовали за дальним столиком. Подошли и я представил им Олю.
— А вы одни или с женами? – спросил дежурно.
— Они готовятся к вечеринке, - ответил за обоих Слава.
— Что же, увидимся на балу.
Почти все время до десяти, когда был объявлен сбор гостей, мы провели в подготовке себя и костюмов. Мой костюм и рубашки в портпледе почти не требовали разглаживания, а над нарядом Оли пришлось потрудиться. Не меньше времени занял макияж и укладка. Я же только побрился и освежил себя каплей одеколона.
В десять мы спустились в холл, где каждому был предложен бокал глинтвейна. Приятная легкая классическая музыка и вид подсвеченных прожекторами сосен сквозь стекло витринных окон холла создавали эффект присутствия на праздничном рауте на открытой площадке.
Пары и группы вступали в разговоры, знакомились, слышался смех и восклицания. Первыми из знакомых, кого мы увидели, были Андрей и Слава с женами. Я впервые видел жен моих коллег. В отличие от Оли, одетой в роскошное длинное платье из темно-зеленого бархата с открытой спиной и высоким разрезом спереди, Лена, жена Андрея, была одета в короткое платье, подчеркивавшее округлости груди и бедер и стройность ножек, а Наталья, жена Славы, была в брючном костюме, тоже эффектно очертившем стройность фигуры. Прическа и макияж Лены оставляли желать лучшего – создавалось впечатление, что женщина ежедневно не особо заботиться о своем внешнем виде. Как потом выяснилось, это был ее первый выход «в люди» после вторых родов. Дети и домашние заботы не оставляли времени для ухода за собой. А Наталья, напротив, была изысканно ухожена, что чувствовалось даже по оттенку кожи на ее лице.
Мы болтали о красотах южного Урала, о лыжной прогулке и других пустяках, когда к нам присоединились Георгий и Кристина. В смокинге Георгий выглядел британским лордом, не меньше. А Кристина поразила, пожалуй, всех гостей бала своим костюмом. Кудрявую головку венчала небольшая диадема, переливавшаяся камнями явно не от Сваровски. Кукольное личико напрашивалось на любование и притягивало без исключения все взгляды. Платье на бретельках из лазурного блестящего под змеиную кожу материала заканчивалось чуть ниже точки соединения идеально стройных ножек, обтянутых до середины бедер тонкой блестящей кожей модельных сапог на высоком каблуке. Особое внимание мужчин привлекала неширокая полоса бедер между краем платья и раструбом ботфортов, обтянутая тонким капроном. Надо ли говорить, какими глазами смотрели на это чудо мои коллеги и
Случай в дороге