Не о чем волноваться», — решил он. Она часто его трахала в рот, но ничего страшнее уязвлённой гордости и боли в горле это не сулило.
— Я пришёл специально, чтобы поговорить, поэтому давай остальное потом.
Улыбка Ракель не изменила.
— Ты пришёл сюда не разговаривать, как бы ты там себя ни убеждал, — сказала она, прижимая ладонь к его паху, — но ладно, подыграю тебе.
Он набрался решимости:
— Не важно, что ты там расскажешь моей девушке. Если мы так продолжим, то последнее слово теперь должно быть за мной.
«Нет, не то говорю, — подумал он. — Я должен сказать, что всё кончено».
— О, значит, можно будет ей рассказать? — спросила Ракель, а дьявольская улыбочка на её лице вселяла в него беспокойство.
Когда она злилась, можно было и не заметить, как окажешься подвешен на верёвке кверху ногами, а она будет долбить тебя в рот. Это парень знал по своему опыту.
— Делай что хочешь, — настаивал он, не сдавая позиций. — Мне всё равно.
— Очень здорово, — сказала она, выпуская его, прежде чем уйти и исчезнуть в другой комнате, — я ведь так и сделала.
Его решимость подвела его.
— То есть как это?
— Я ей рассказала, — ответила Ракель, когда он сам обогнул дверной проём и увидел, как девушка нагнулась у холодильника.
— Что ты ей сказала? — запаниковал он.
— О нас, конечно, что за глупый вопрос? — ответила та, появляясь из-за дверцы с бутылкой красного вина и захлопывая её ногой.
— Я думал, у нас уговор! — воскликнул он, скорее огорчённо, чем зло, но всё ещё метая в сторону Ракель взгляды, как острые кинжалы.
— С твоей девушкой вы много о чём договорились, но ты всё это послал подальше.
— Вот сука! — сказал он, теперь уже правда гневно, наверное, оттого что она была права. — Я тебя…
Он стиснул руки в кулаки, и на секунду в глазах Ракель промелькнуло опасение. Она чуть не выронила бутылку и быстро подхватила её, когда парень сам отступил.
— Меня сучкой считаешь? — спросила она, улыбаясь, пусть капельку дрожа. — Это мы ещё посмотрим.
— Значит, всё кончено, да? Больше тебе меня нечем шантажировать.
— Не сказала бы, что наша маленькая коллекция дивидюшек — прямо таки ничего, — парировала она, напоминая о массе любительских порно-видео, которые они наштамповали, — но если ты точно настроен бросить это дело, вряд ли я смогу тебя остановить.
— Мне нет смысла что-то таить от девушки.
— Это ещё почему? — спросила она, роясь в ящиках в поисках открывашки для бутылки.
— Она ведь со мной уже порвала.
Ракель покачала головой.
— Я ей рассказала о нас. Но она же в курсе, что я тебя соблазнила. Она мне сама сказала так сделать. Для неё я не соперница. Просто… твоя маленькая одержимость.
— Так значит, ты… ничего не говорила про других девушек?
— Я её заверила, что не было никаких девушек, — отвечала Ракель, — и не будет, правда?
Внезапно он почувствовал благодарность и задумался, можно ли нарваться на Стокгольмский синдром с чокнутыми бразильскими девушками. Пожалуй, можно.
— И вообще, я сама то ещё наказание. Мне кажется, в этом мне не откажешь, — продолжала девушка, открывая вино; девушка нашла два бокала и взяла вместе с бутылкой.
— Так она… меня не бросает?
— Не-а. И даже хотела мне платить, чтобы держала тебя на привязи. А я сказала: можно и бесплатно.
В этом он не сомневался. Парень последовал в другую комнату за Ракель, которая несла бутылку вина и два бокала. Это была маленькая столовая с балконом, который выходил на
На работе