наверняка. Он поскрёб языком, чтобы убрать привкус «маслица» Ракель, а когда закончил, сплюнул зубную пасту так, как мог бы сплюнуть её жидкость, когда у него была такая возможность. Посмотрев в зеркало, он нашёл свои собственные глаза и вздохнул.
Выйдя из ванной, парень сразу же направился в спальню, чтобы найти Ракель, которая уже начала одеваться, или то, что для Ракель считалось одеваться. Время, проведённое в одиночестве, сбило настрой в голове, и ему было трудно смотреть ей в глаза. Девушка почувствовала, что что-то не так, но ничего не сказала, и они молча оделись: он в свою старую одежду, по крайней мере пока находился в её квартире. Ракель улыбнулась ему, но он лишь слегка ошарашенно смотрел в ответ.
— Как я выгляжу? — спросила та и повернулась, чтобы продемонстрировать свой наряд: джинсовые мини-шорты и голубую футболку с надписью All Real в пастельных тонах; когда он кивнул, она ухмыльнулась, повернулась и сказала: — Может быть, мне стоит показать тебе лучшую сторону.
Он вспомнил предыдущую ночь, когда у него появился новый фетиш — «паук». Ему было интересно, что она делает с ними… но джинсы тоже хорошо сидели на ней, а стринги выглядывали наружу со вкусом. Он попытался сделать ей комплимент, но его мысли всё ещё были далеко.
— Немного контужен, да? — спросила девушка, и он был благодарен, когда та выскочила из комнаты, сказав: — Дай мне закончить завтрак, и я пойду, а ты можешь немного расслабиться.
Когда её голос заглушил слой стены между ними, что-то побудило его последовать за ней в столовую. Когда он оказался там, то вспомнил, что это было: он ведь уже съел за неё её яичницу.
— Ты съел мою яичницу! — сказала девушка, усмехаясь самой себе. — И у тебя даже не хватило сообразительности удержать её в себе, — продолжила она и повернулась, чтобы посмотреть, как он входит в комнату, а когда он подошёл к ней, та снова обняла его за талию. — Не волнуйся, можешь есть мои яйца в любое время, — сказала она, ткнув его пальцем в нос.
— Я… бисексуал, да? — выпалил он, и Ракель остановилась.
Он внимательно следил за выражением её лица. Девушка моргнула. Лицо Ракель было нечитаемым, но он почувствовал, что та немного обижена, потому что она прервала зрительный контакт.
— Пока ты Ракель-сексуал, мне всё равно.
— Да, но ты ведь считаешься за девушку, верно?
Она притворялась незаинтересованной, но в этот момент откинула голову назад и посмотрела на него.
— Я… — сказала она, сузив веки, а затем на её лице появилась ухмылка; что-то в этом выражении было не так, но он не мог понять, что именно. — Считаюсь, да. Женщиной, вообще-то. А ты хочешь разобраться, кем считать тебя, верно? Потому что, в конце концов, я называюсь девушкой, но у меня есть член, но у меня есть и сиськи, но я трахаю твою задницу, но отдрачиваю тебе… вот о чём ты думаешь? Пытаешься вести счёт? Ну, я могу сказать тебе счёт… ты проиграл.
Он попытался опустить взгляд на её джинсовые шорты, но девушка пальцем приподняла его голову вверх, так что он смотрел ей в лицо.
— К вопросу о том, кто ты… — сказала девушка, и тут до него дошло, что не так с её улыбкой: её глаза не улыбались.
В них не было обычного блеска. Вместо обычного огненного духа в них была ледяная бесстрастность, от которой у него похолодели поджилки.
— Я… — начал было парень, но она приложила палец к его губам.
Не стреляй. Часть 2. (9 из 21). Леша, Катя, Ната, Андрей