всю жизнь бы мял. Как же мужу твоему фартануло – бабу выхватил с такими сиськами!
– Ммх... больно же! Осторожнее!
Но слова богатой сучки были по боку, получившему доступ к сочной мякоти, Василию. Мужик нагло, с наслаждением, катал в руках потрясные дойки замужней цыпы, сильно их сжимая. Его пальцы гуляли по мягкой коже, оставляя глубокие вмятины, время от времени играя с ореолами и, под недовольные вздохи Анжелики, обхватывая крепкие соски.
Девушка хотела абстрагироваться от происходящего, глядя в окно на белое пространство вокруг. Но как она ни старалась, бесцеремонные ласки деревенского кобеля не давали ей этого сделать, заставляя её то и дело отвлекаться, когда Василий сжимал её слишком сильно или щипал за нежный сосочек.
– Ухмф...
Совсем недавно освобождённые от варежек, мужские ладони были тёплыми, кожа на них была шероховатой и мозолистой от частого ручного труда.
Анжелика невольно провела аналогию.
Руки её мужа были мягкими, и такими своими... Анжелике было непривычно ощущать грубую кожу чужого человека на своём чувствительном бюсте.
Когда крепкие пальцы нахально блуждали по её нагим сиськам, они вызвали у замужней женщины неожиданную реакцию. Это было нечто странное, что-то, чего она давно уже не испытывала.
Волнение, пробуждённое этими грязными прикосновениями, вкупе с презрением к этому подлому деревенскому алкашу, порождало в ней некое чувство, которое... казалось ей непонятным и необъяснимым, но вместе с тем, оно наполняло её каким-то новым ощущением, которого она не могла ни назвать, ни описать словами...
– Всё... Хватит! – решив, что пора всё прекращать, и что Василий уже получил своё, Анжелика отстранилась и поспешила снова одеться.
Но у мужика было другое мнение на этот счёт, его член уже стоял колом и жаждал продолжения.
– Хватит так хватит, – Василий пожал плечами и снял фуфайку, под ней у него был старый советский шерстяной свитер с узорами, а после принялся расшнуровывать свои ватники.
Когда замужняя дама закончила приводить свою одежду в порядок и повернулась к своему пассажиру, тот уже сидел с расстёгнутой ширинкой.
– Почему ты... раздеваешься?
– Мне не удобно трахаться одетому, – пожал плечами деревенский кобель.
– Как... ну подожди... мы же договорились, что обойдёмся грудью. Ты меня всю облапал, забрал деньги, а теперь будь добр выполни свою часть обещанного и помоги мне уехать отсюда.
– Не знаю, что ты там себе навоображала, но я тебе сразу сказал – помогу, если дашь мне. А дойки свои ты сама вывалила, хех. Считай, что прелюдия состоялась, – закончив говорить, мужик громко заржал.
– Ты такой урод..., – прошипела молодая мамочка.
– Я нормальный мужик, с нормальными потребностями, а ты видная баба с пиздой. Так что давай, пигалица, точу сюда свою маленькую попку.
Анжелика захотела закатить ураганный скандал, но ругань бы ничего сейчас не решила. Кроме скверных слов, у неё не было аргументов для дискуссии с этим дегенератом.
Получается, что никакого компромисса не вышло, и она просто так сейчас светила своими сиськами и позволяла с ними играться этому козлу. Её, бизнес-леди, только что поимел местный бомжара. Естественно, в переносном смысле.
Но теперь планировал поиметь по-настоящему...
– Долго ждать то тебя? – нетерпеливо бросил Василий, когда разулся и снял штаны, оставшись в длинных семейных трусах в полосочку.
«Неужели это произойдёт?! Боже мой... Я и этот мудак... Я даже мужу никогда не изменяла, а тут... тут такое, да ещё и с этим! Только не плачь... только не плачь, ты сильнее этого! Ты всё это переживёшь!».
Слёзы обиды и безмолвной злости подкатывали к глазам, но ранее верной супруге хватило сил их сдержать, лишь блеснув уголками своих светлых очей. Она справится и выкинет всё, случившееся сегодня, из головы
Все это друзья и соседи