Сказала так, будто про геморрой спрашиваю — смеясь над собой проговорила женщина, похрустывая сельдереем.
— Не довелось — сказал я, вспоминая Настю..
— Какие твои годы — подбадривая меня произнесла Джемма, разливая чай.
— Я видел у вас в спальне много книг и стопок с бумагой, вы ученый ?
— Можно конечно и так сказать, хотя в наше стране ученый только звучит сердито, а как только дело идёт к зарплате, так сразу становится дёшево. Хотя и бывают и исключения.
— А какой профиль ? Можно чуть добавки ?
— Бери конечно. Филологический. Без пяти минут доктор. Многие коллеги в вузе мне завидуют, что мне еще и сорока нет, а уже кандидат.
Съедая в себя ароматную сочную лапшу с фаршем, маринованным с овощами и потушенный вместе с кисло-сладким соусом я чувствовал себя как в ресторане, хотя никогда там не бывал.
— Вкусно ?
— Да, очень.
– Мы с тобой почти коллеги, Данила.
— Почему это ?
— Ну ты скинхед и позиционируешь какую-то свою идеологию, транслируешь её, получаешь люлей за неё. Я в каком то смысле такая же.
— Это все так, только я не в каком-то смысле —озлобившись на её слова начал я — А в самом прямом защищаю русский народ. Думаете мне в кайф лицом жертвовать ?
— Так не жертвуй — без здолы ответила женщина, доставая из холодильника воду. — Насчёт защиты русского народа, это, конечно, красиво звучит, эпично с толикой Ницше, но проблема в том, что вы, но не конкретно ты, а твои единомышленники, так скажем, защищают только свои карманы. Вы, падальщики, отжимаете у слабых и забираете себе.
— Как же я мог забыть. Вы же такая же, как и они, только в отличие от этих обезьян, вы образованная, но все такая же недалёкая, раз говорите такие вещи. — воспылав агрессией ответил я. Вы, наверное, из тех дураков, что говорят "нет плохих наций — есть плохие люди ?» Только вот вопрос, Джемма, забыл как вас там по отчеству, если мы плохие, почему, тогда не мы совершаем теракты, почему не про нас говорят, когда рассказывают о похищениях людей ?
Джемма приняла мой спор. Уголки её губ стали уже, а в кариях глазах заиграли первые обертоны злобы. Улыбка уже не была такой радостной и воодушевляюдей как раньше.
— Я так понимаю, ты и в правду считаешь сто есть плохие нации ?
— Да, считаю.
— Тогда есть и хорошие ? Так ? Ну, это же логично, что если мы, я— плохие, то, очевидно, есть хорошие — ты, например ? Я правильно полагаю ?
— Я не про это говорил, а про...
— А дело в том, Данилочка, что ни «плохих«, ни «хороших» наций нет. Мир, милый, устроен чуть сложнее, чем тебе хочется видеть. Мир не делится на черное и белое, а целиком и полностью состоит из полутонов. Ты говоришь про террористов, но упускаешь из виду, действительно, хороших людей из Чечни, Дагестана, а ведь они есть. И дело тут — выпив чуть чуть воды остановилась Джемма — И дело тут, не в том, что я наивная или какая-то неправильная, а в том, что это правда. Да ! Представь себе, на Кавказе есть и сотрудники МЧС и врачи и просто добрые, не агрессивные люди, которым без разницы, прости за грубость, из какой вагины ты вылез, а гляное, что ты за человек.
— Вы опять из пустого в порожнее переливаете. Добрые люди. Где они ? Или вы про тех, что русских пинали в 90-ые, резали срочников и теракты устраивали ? Про тех что,
Стая