снова обвела взглядом пейзаж и продолжила задумчиво:
— Видно и вправду, смелость города берет. А в нашем случае, так и прямое бесстыдство.
Низенькая Аглая теперь круто исподлобья смотрела на собеседницу с какой — то даже иронией глазами, ушедшими глубоко под самый лоб, в норы глазниц.
— О чем вы? Что — то я не пойму, - растерялась вокалистка.
— Да все ты понимаешь, блеснула так, что САМ чуть не ослеп.
— И что мне теперь, от счастья прыгать?
— Это уж твое дело, прыгать тебе или колесом катиться, да только ты пойдешь с ним в ресторан, а после он тебя и сделает звездой.
— Нет, я не пойду. Вот еще, он совсем не в моем вкусе.
— Ой, ой, глядите на нее, «вкус», а для кого ж ты жопой на сцене вертела.
— Ни для кого я не вертела, все вышло случайно. Да этот спонсор ведь и не сидел в жюри.
— В жюри ему не надо сидеть, не по рангу, но он все видел, и ты это знаешь. Ты мне целку — то не строй, скажи еще, что ты нечаянно купальник натянула на два размера меньше.
— Ну да, я перепутала.
— Дорогая моя, я слишком долго живу, чтобы верить такие вот квантовые запутанности.
— А как же конкурс, финал, я ведь готовилась, что девочки скажут?
— Боже мой, какие мы великодушные. А что ты думала, когда одевалась, как шлюха?
— Меня не так поняли.
— Не важно, как тебя поняли. Главное, что поняли. Получите и распишитесь. И что ты мне тут сейчас очки втираешь, добилась, так пользуйся. Такой шанс выпадает раз в сто лет, мужчина, миллиардер, и вдруг этому олигарху нравиться наша простенькая такая Катя, хотя там и других девочек было полно, и уж получше тебя. Но Катюша у нас шустренькая такая, прочуханная, подсуетилась, она знает как себя показать. Не в голосе она, зато ляжками вертеть умеешь.
— Да не пойду я никуда, вот еще...
— А не пойдешь, так он тебе такую жизнь устроит, что не то что сцена, тебе вокзальные туалеты раем покажутся, - зашипела Аглая. - Ну, пойми ты, дурочка, - неожиданно смягчилась старая сводница и дружелюбно тронула предплечье красавицы, - да, сейчас ты в теле, в соку, а завтра, глядишь, уже и облетел твой цвет, никому уже и не нужна. Вон, как я, порхала как стрекоза, думала, вечно буду юной, а дунул ветер, остались одни тычинки.
Наставница задумчиво глянула в даль, Катю пронзила искренняя грусть ее синих глаз, и девушке на миг даже стало жалко эту битую жизнью женщину:
— Сходи, - уже по доброму уговаривала та. - Он ведь не зверь, познакомишься, оглядишься, осмотришься, а там видно будет. Отказаться - то всегда успеешь.
II.
Прямо из парка Екатерина вызвонила своего парня Александра:
— Есть дело.
Она была буквально потрясена тем беспардонным приглашением, и всем тем, что было связано с конкурсом, не знала, за что хвататься.
Они сидели на лавочке у торгового центра, приятный летний вечер овевал теплым ветром их лица, отсвет лимонного заката озарял верхние этажи высоток, делая из почти невидимыми, напрочь размытыми в небе.
— Меня на свидание пригласили, - сказала Катя.
— Кто? - Спросил Саша.
— Мужчина.
Кавалер вроде бы равнодушно посмотрел на журнальный ларек, на большие, круглые часы над входом в аллею, но девушка видела, как дрогнули его длинные ресницы.
— Ну, скажи что — нибудь, - толкнула его локтем подруга.
— Тебя пригласили, ты и говори. Кто он, откуда, зачем?
— Он очень богатый и жутко знаменитый, - и добавила насупившись:
Две жены