Короткие контакты с другими нудистами во время отпусков не дали ей ничего. Я думал, она хоть с кем-нибудь из своих летних знакомых переписывается – нет, этого не было. Но Венди даже не сознавала, что живёт на каком-то острове посреди океана современной жизни. Ей такое положение казалось естественным. Единственное, что её травмировало – расставание с Клаусом. Никакой влюблённости там не было, но всё же для девушки очень важно быть объектом мужского внимания. Мне было жаль её. По моему мнению, она заслуживала большего, чем девственность в двадцать лет.
Пауль на эти терзания внимания не обращал, но Сильвия беспокоилась за свою дочь. Она даже ездила куда-то под Кобленц в Солнечный Клуб, выяснять, как там насчёт молодёжи – чтобы найти для Венди подходящую компанию. Вернулась страшно разочарованная. Клуб состоял в основном из пожилых мужчин, большая часть которых была жената. Жёны Солнечный Клуб не посещали, так что появление Сильвии вызвало сенсацию. Некоторое времия после этой поездки члены Клуба названивали, приглашая ещё раз приехать. Сначала Сильвия вежливо подыскивала благовидные предлоги для отказа, а потом вообще перестала брать трубку, когда видела на дисплее знакомый номер.
Ко мне Мюллеры постепенно стало относится почти как к члену семейства. Вопрос о деньгах или о рабочем времени не вставал ни разу. Премиальные, сверхурочные – всё шло без дискуссий. Кроме того, Пауль и Сильвия перестали меня стесняться. Я даже присутствовал на одной из фотосессий, которые проводила Венди со своими родителями.
— А тебе не завидно, что ты только смотришь? – спросил я Венди на другой день. Она удивилась.
— Это же мои папа и мама. Я рада, что они любят друг друга.
Алла