— То же самое и с тобой, — сказала Белль, подняв брови. — Может быть, твоя единственная настоящая любовь — это Ниви. А может, и нет.
— Может быть, твоя единственная настоящая любовь — ЭТО Белль, — прощебетала Мари.
Я пожал плечами и согласился:
— Может быть, и нет.
Белль ухмыльнулась.
— Может быть, твоя настоящая любовь — одна из других девушек из КБС.
Мы оба посмотрели на Мари, которая секунду тупо таращилась на нас, а потом подняла кулак из воды и затрясла им, пропищав:
— Команда Белль!
Мы с Белль хихикнули на это.
Я глубоко вздохнул, вздохнул и крепко обнял пикси, сидящую у меня на коленях.
— Я ПОЗВОЛЮ тебе повзрослеть, сестренка.
— А я всегда буду любить тебя, старший брат.
Я прижался лбом к ее лбу и глубоко вздохнул. Я знал, что в конце концов мне придется отпустить ее. Но сейчас, по крайней мере...
Подняв голову, я окинул ее уверенным взглядом и сказал:
— Когда придет время, я отпущу тебя. Но могу я попросить тебя об одном обязательстве до тех пор?
— Какое?
— Пока мы не уедем в колледж: Никаких других парней. Только я. Я знаю, что я не твой парень. Я знаю, что не имею права просить тебя об этом. Назови меня эгоистом, собственником или даже откровенно несправедливым, особенно если учесть, что я регулярно встречаюсь с пятью другими девушками одновременно, но это правда о том, что я чувствую.
— Мэтти... — с музыкальным хихиканьем произнесла Белль. — Можешь даже не спрашивать. Я люблю тебя... и если говорить о мужчинах, то я люблю ТОЛЬКО тебя. Моя любовь к тебе поглощает меня изнутри, из самой глубины моего существа. Именно поэтому я жажду твоей спермы, когда вижу, что она разбрызгивается где-то за пределами моего тела. Не волнуйся. Мы не парень и девушка, и, по правде говоря, никогда ими не станем. Но да... пока мы не уедем в колледж, я обещаю, что ты — единственный мужчина для меня.
Я тепло улыбнулся ей, и она наклонилась, чтобы поцеловать меня еще раз.
Но это был лишь короткий поцелуй. Белль начала бить собой по моему члену, застрявшему между нами, и, разорвав нашу связь губами, промурлыкала:
— Ладно, нам нужно выйти из воды прямо СЕЙЧАС, потому что после всего этого эмоционального раздражения мне охуенно НЕОБХОДИМО почувствовать тебя глубоко внутри себя. СЕЙЧАС ЖЕ.
Я хихикнул и погладил ее по позвоночнику.
— Хорошо. Мы выйдем.
— Сейчас, Мэтти, СЕЙЧАС ЖЕ! — жалобно заскулила она, все ее тело дрожало от желания.
— Хорошо, хорошо. Встаю.
Подчинив свои слова действию, я с силой поднял Белль, ее ноги все еще были обхвачены моей талией, взял оба наших полотенца и понес ее в дом.
Сначала я планировал нести ее до самой спальни, но как только мы вошли в раздвижную дверь, она начала кричать:
— Диван! Пол! Похуй! Сейчас же, Мэтти! Ты мне нужен НЕМЕДЛЕННО!
Я поспешно бросил оба полотенца на одну из диванных подушек и спинку дивана. Мы оба были еще довольно мокрые, но ей было все равно, так как я уложил ее на полотенце и встал перед ней на колени. Она подняла ноги вверх и в стороны, обхватив их за колени, раздвигая их для меня. Но когда я наклонился и стал долго вылизывать ее киску снизу доверху, она стукнула меня по голове и заскулила:
— СЕЙЧАС ЖЕ, Мэтти!
— Но...
— Я мокрая, — настаивала она. — Я ОХРЕНИТЕЛЬНО мокрая для тебя.
Внутри у нее действительно было очень мокро, но я все еще помнил, насколько болезненным был ее первый раз. Я сам был травмирован, правда. Поэтому, помня об
Трамвай "желание"