Соня быстро сняла юбку, и осталась в белых, ажурных трусиках.
Младший братик с удовольствием разглядывал, ощупывал её там, его пальчики как листва во время бури колыхалась из стороны в сторону.
Долго он наслаждался её, такой беззащитной и более старшей, не сумевшей ничего сделать. Вова залазил напротив неё, и всасываясь маленькими пухлыми губами в сладкий сестринский рот, младший брат крутился там, чтобы вставить, но все никак не мог.
С опустошённым взглядом и лицом, сестра поправила маленький член и Вова стал входить в сладкую дрёму сестры. Сердце зелёного парня в делах плотской любви, стучало огромными раскатами грома, полыхало от страха, вот-вот быть пойманным сладострастником, гремело от безнаказанности.
Целуя неумело сестру, братик еле двигался, а затем, полилась любовь, омывающая все вокруг. Потом, он приблизил свой горячий красный уголек к её большой груди и потёрся им, и дав слегка по губам, поводив в свое удовольствие по лицу, которое расплывалось в горькой обиде к брату, он снова вставлял его.
Ему нравилось, как её мышцы, влажные и теплые стягивали его еще чувствительную головку и как скользко и нежно сотрясали его красный, пульсирующий разными эмоциями, пенис.
Схватив её за грудь, он все быстрее и быстрее принимался трахать сестру, не обращая внимания на мать, которая спала в двух шагах от комнаты.
Легкие покалывания становились все более резкими и стали отдаваться грохотом тягостного, томного стона в голосе брюнетки.
В молчаливом, повисшим похотью Латинского леса пространстве, Вова имел свою сестру. Каждый десять минут он кончал в неё и продолжал снова, все никак не насладившись женским молодым телом. Затем, после очередного раза, он приказал ей встать и развернуться попкой к нему и она, безропотно, терпя тысячи горьких эмоций в сердце подчинялась ему.
Она словно отключилась от этой реальности и распылялась куда-то в добрые вчерашние воспоминания. Со Златой.
Вова постанывая, ворочался и скрипел на старом диване, проникая как можно глубже. Пальцами, он растягивал два белых холма, прикасаясь к сердцевине.
Соня, ощущала как его пульсирующий член вже невыносимо натирал её. Его мелковатые руки, сжимающие соски, бесили её, а хлюпающие и икающие вопли, раздражали её. Внезапно, он ускорился, да так, что непроизвольно но Соне пришлось крепко застонать, и даже подвигать бёдрами к нему, чтобы хотя бы раз кончить.
Указательный палец, он засовывал в другую сладкую дырочку.
Соня хотела было переполошиться, но чувство похоти и наслаждения, вскоре, сокрушило её и она, уже без зазрений совести, принимала брата.
Ощущая себя жутко униженной и оскорблённой, она громко кончила, обливая член родного брата своими выделениям.
На крик, тут же прибежала мама и увидев картину — упала в обморок.
Как я учился любить