Алексей, ставя банку с сахаром на стол. — Зачем вы так высоко его ставите? Он же тяжёлый. А ты хрупкая, худая. Тем более, тебе нельзя таскать тяжёлое...
— Спасибо вам большое, Алексей...
Я стояла в ступоре.
Что только что произошло?
Я не собиралась ругаться. Не собиралась возмущаться. Но факт оставался фактом: он только что прижался ко мне, провёл рукой по бедру... И я даже не заметила, как между ног творился потоп.
Опять?
Я подняла взгляд — и наткнулась на его.
Он прожигал меня им, пожирал, в глазах играла странная ухмылка. До этого его лицо было совершенно нейтральным.
Я улыбнулась в ответ, но тут же опустила голову...
И поняла, что мои груди выглядывают из халата.
Чёрт.
Правая ещё была прикрыта, но левая... жила своей жизнью.
Сосок набух, покраснел, стал слишком чувствительным. Грудь после родов стала больше, тяжелей, я уже давно не третий размер...
А Алексей явно заметил.
Я резко одёрнула халат, заправила его на место и, с вызовом глядя на него, процедила:
— Может, уже начнём пить чай, а не лыбиться на мои сиськи, а?
Сама не ожидала от себя такого.
Щёки пылали. Я чувствовала, что красная, как помидор, но ничего не могла с собой поделать.
Я только что выставила перед ним свою намокшую киску, грудь... и попу.
Я была возбуждена. Чертовски возбуждена.
***
Так сильно, что в голове вспыхнула картинка: Алексей хватает меня за горло, приподнимает, сажает на тумбу... раздвигает мои ноги и трахает прямо здесь, на кухне. Входит глубоко, жёстко, наполняет собой...
Я вздрогнула от своих собственных мыслей.
***
Три года без секса. Один раз вчера — и этого явно недостаточно.
Я уже лезла на стены.
Да хоть все мужчины из подъезда трахали бы меня по очереди, пронеслось в голове.
Алексей шумно выдохнул.
— Извини меня, Оксан, — его голос дрогнул. — Я сам не свой...
Ещё бы. Только что пожамкал жену сына, которая в добавок течёт от него...
Алексей молча вытащил запеканку из духовки, разрезал её и разложил по тарелкам. Чайник просвистел, и мы уселись пить чай.
Разговор шёл сам по себе — о пустяках, о погоде, о каких-то бытовых мелочах. Но я никак не могла усидеть на месте. Елозила на стуле, ёрзала, ощущая, как тонкая ткань халата прижимается к разгорячённой коже.
Что со мной?
Я скосила взгляд на Алексея и заметила, как он напряжён.
— Ты какой-то... зажатый, — подметила я, поднося чашку к губам.
— Просто... — он шумно выдохнул. — Не ожидал увидеть тебя вот так.
Он кивнул в сторону моего халата.
— Вот так? — я улыбнулась, потянулась, и ткань соскользнула с одного плеча. — Это же просто халат.
Алексей сглотнул.
— Оксана...
Я решила дразнить его дальше. Чуть приподняла халат с попы, но в тот же момент задела стол, и кружка, стоявшая перед Алексеем, опрокинулась. Оставшаяся в ней заварка выплеснулась прямо на его колени... и на ширинку.
— Вот блять!
— Оксан, всё нормально, я вытру, сиди, не беспокойся.
— Нет уж, вы мой гость, я всё сама сделаю.
Я вскочила, метнулась за тряпкой.
Но халат не послушался.
Когда я встала, он остался задранным на копчике, да ещё и нижняя часть промокла. Это было зрелище... особенно для одинокого мужчины, который давно был без женщины.
Я вернулась, опустилась на колени рядом, оттопырив попу.
Алексей замер, повернулся ко мне. Смотрел сверху вниз...
И, кажется, уже не думал о чае.
Халат предательски распахнулся.
Сверху свисали мои груди, качаясь при каждом движении, соски выпирали через тонкую ткань. Видимо, халат мне был маловат...
Я взяла влажную тряпку и начала промакивать мокрое пятно на его джинсах.
Медленно.
Чуть дольше, чем следовало бы.
Я хотела его потрогать. Хотела проверить его реакцию.
Мой Чак