головой. И как только она указала на этот факт, оно рассеялось и обрушилось на меня потоком энергии, от которого у меня перехватило дыхание.
Внезапно она побежала с невероятной для каблуков скоростью, увлекая меня за собой (я неловко спотыкался из-за своих аксессуаров). Когда она ворвалась в двойные двери клуба, мы оказались в центре пульсирующего света и нарастающей музыки; дрожь удовольствия пробежала по моему позвоночнику, по всему телу прокатилась химическая волна.
Затем Синди потянула меня в толпу, в тёмную массу колышущихся и извивающихся тел. Я бы испугался, но даже в темноте и хаосе перед ней волшебным образом расступались. Я видел мелькающие лица, с удивлением наблюдавшие за её проходом. Это немного напомнило мне тот вечер в баре, когда я впервые пошёл с Синди. Тогда к ней относились так же благосклонно; на меня бросали насмешливые и осуждающие взгляды за то, что я был не к месту рядом с ней.
На этот раз я вписался в обстановку и даже вызвал волну перешёптываний, когда Синди потащила меня по полу. От этих алчных, похотливых взглядов по моему телу пробежала дрожь, и я изо всех сил старался не обращать на них внимания, испытывая постыдное удовольствие и кармическую боль, пока мой член напрягался.
Наша пробежка наконец-то закончилась, и я оказался в конце длинного, переполненного бара, где было слишком мало барменов, разливающих напитки. Синди задумчиво надула губы на мгновение, затем её лицо просветлело, и она поспешила к двум парням, которые только что взяли с барной стойки рюмки, размахивая руками и перекрикивая шум в клубе.
"Эй, мальчики!"
Стаканы вернулись на барную стойку полными, и было ясно, что они не первые, потому что двое мужчин с мутными глазами повернулись и посмотрели на Синди с почти религиозным благоговением. Я незаметно последовал за ней.
— Что вы, парни, собираетесь пить? - спросила она.
Двое мужчин, оба в чёрных смокингах, были совершенно не готовы к этому вопросу и несколько секунд в замешательстве переглядывались то с ней, то друг с другом. Синди обернулась и подмигнула мне, и я не смог сдержать смешок от странности этой ситуации. Но это было безопасно: эти пьяницы не смогли бы причинить вред и мухе, а Синди всё контролировала.
Один наконец-то собрался с мыслями, но был немного ошарашен, когда Синди обернулась и ослепительно улыбнулась.
"Эээ... Огненный... шар?"
— О, хорошо, можно? — Не дожидаясь разрешения, Синди шагнула вперёд, приблизившись к тому, кто заговорил. Она положила одну длинную изящную руку ему на грудь, раскрытой ладонью на его грудную клетку, и даже с моего места было видно, какое впечатление произвёл на него этот контакт. Другой рукой она плавно потянулась к стойке и взяла рюмку. С почти сверхъестественной быстротой она переместилась, закружилась вокруг зачарованного болвана и чмокнула другого в щёку, одновременно выхватывая второй бокал.
Потом она оказалась прямо передо мной, и я боролся с ознобом, как те двое пьяниц. В моей руке оказался бокал, и живой огонёк в её зелёных глазах подстёгивал меня. Я знал, что будет, ещё до того, как она что-то сказала.
"Ваше здоровье!"
Мы опрокинули рюмки и ахнули от обжигающего вкуса корицы; двое пьяниц и все остальные в баре были забыты, и на какое-то радостное мгновение остались только мы с ней. Затем мы вернулись в переполненный, мерцающий, шумный клуб, и на лице Синди появилось детское выражение озорного восторга.
"Бежим!!"
Мы хихикали и визжали, как школьницы, убегая прочь, лавируя между танцующими; Синди впереди, я за ней, а за нами — два очень смущённых мужчины.
В центре толпы танцующих Синди резко остановилась и повернулась ко мне, каким-то образом не потерявшись в
остров любви