почти стало немного жаль её, но, вспомнив о том, что она сделала за моей спиной, я приступил к осуществлению своего плана.
На следующий день, в конце необычно тихого ужина, за которым мы обменялись лишь несколькими односложными фразами, допив последнюю каплю вина из своего бокала, я небрежно, не глядя прямо на неё, сказал:
— Большой босс вызвал меня сегодня в офис.
— Чего он хотел?
— Они организовали курсы повышения квалификации в Маунтин-Вью, куда приедут люди со всего мира, каждый из которых будет представлять компанию-разработчика программного обеспечения, и босс напрвляет меня для участия.
Она подняла голову, внимательно наблюдая за мной, затем решилась:
— И когда тебе нужно уезжать?
— Я уезжаю через десять дней, и меня не будет неделю.
Бледная, как половая тряпка, она не произнесла больше ни слова и, поднявшись, нетвёрдо побрела прочь.
— Я неважно себя чувствую, я ненадолго лягу в постель.
В течение следующих двух дней казалось, что у неё помутился рассудок. Она вела себя как шизофреничка, старалась держаться от меня как можно дальше и, будучи не в состоянии преподавать, взяла больничный на работе.
Я играл с ней как кошка с мышкой. В конце концов, не желая давить слишком сильно, я предложил ей плановый выход. Пока Эмили сидела на диване в гостиной, устремив взгляд в пустоту, я подошёл и сел рядом с ней. Удивлённая, она вопросительно посмотрела на меня, ожидая, что я скажу, и ей не пришлось долго ждать.
— Знаешь, я вспомнил наш разговор несколько дней назад о предательстве в браке.
— Ты не передумал? - спросила она с вновь обретённым блеском в глазах.
— Не совсем так, хотя... Прими во внимание, что мы рассуждаем чисто теоретически, ты ведь понимаешь это, верно? Не то чтобы я думал, что ты мне изменяешь.
Она опустила глаза. Я уверен, что в тот момент она была абсолютно уверена в том, что я полностью осведомлён о её романе, все сомнения окончательно рассеялись. Несмотря на это, у неё не хватило смелости признаться. Она знала меня достаточно хорошо, и после того, что я ей сказал, она прекрасно понимала, что прощения ей не будет. По крайней мере, у неё хватило мужества выслушать то, что я хотел сказать.
— Да, да, конечно.
— Хорошо. Я говорил, что не изменил своего мнения, но, учитывая все обстоятельства, на тот случай, если ты меня предашь, у тебя будет небольшой шанс не отправиться в загробный мир.
Она пристально посмотрела на меня, и я заметил, что на мгновение у неё перехватило дыхание. Она определённо была удивлена, но не хотела пропустить ни слова.
Я посмотрел на неё и, слегка улыбнувшись, продолжил.
— Был бы способ спасти твою шкуру. Именно ты должна была бы подать на развод, оставив мне право собственности на весь дом, разделив совместное имущество в мою пользу в соотношении 80/20, без алиментов или каких-либо других требований, а затем переехать в другой штат и никогда больше меня не видеть. Поскольку именно ты обратилась бы с просьбой, судье не составило бы труда удовлетворить её, и в скором времени развод был бы оформлен окончательно.
Затем я оделся и вышел прогуляться, оставив её размышлять и вариться в собственном соку.
Когда я вернулся, она уже была в постели.
Через пять дней, в понедельник, вернувшись с теннисного матча, я обнаружил, что дом пуст, а на кухонном столе лежит конверт. В нём были уже подписанные документы о разводе, раздел имущества в полном соотетствии с условиями, которые я предложил.
Как Маринка к соревнованиям по зимнему плаванию готовилась