Вы считаете мой предмет неосновным, но он есть в учебном плане, и сдать его Вам так же необходимо, как, скажем… математику или информатику, - мягко сказал он, глядя мне в глаза. – Да, конечно, Равиль Маратович, а когда Вам удобно, чтобы я подошёл? – вздохнув, спросила я. Физрук сделал задумчивое лицо. – Так на память трудно сказать, - почесав висок, задумчиво произнёс он, - давайте пройдём в тренерскую, и я посмотрю в еженедельнике, когда я свободен, - и он сделал приглашающий жест в направлении конца коридора.…Мы зашли в тренерскую, и физрук зачем-то закрыл дверь на ключ. – Ну, что… пришла зачёт сдавать, значит? – улыбнулся он. – Пришёл, - тихо поправила я, холодея от ужаса. – Нее-ет! Именно пришла! – заверил меня препод, - ты что напялила под брюки, дура? Это что, твоя спортивная форма? – его голос вдруг стал резким и грубым. Я молчала, дрожа от страха. Равиль Маратович подвинулся ко мне и коротким движением кулака двинул мне в солнечное сплетение. Я, как подкошенная, упала на пол, держась за живот и судорожно хватая ртом воздух. Физрук, взяв меня за шиворот, одной рукой приподнял и усадил на стул.– Спусти-ка брюки и покажи… что у тебя надето под ними! – приказал он мне. Я непонимающе смотрела на него, не шевелясь – дыхание только-только стало восстанавливаться. – Слушай, девочка, - зловеще начал препод, угрожающе хрустнув костяшками пальцев, - я – профессиональный спортсмен и в совершенстве умею избивать… Изуродую, и синяков не останется… ни одна больница ничего не докажет. Так что… хочешь сохранить здоровье – не заставляй повторять дважды, - его голос звучал тихо и спокойно. Я встала и дрожащими руками принялась расстёгивать брюки. – Хорошие трусы, дорогие! – похвалил меня препод, когда я спустила брюки до колен, - что, богатый ё*арь подарил? – спросил он, щупая материал. – Н-н-нет, это мой… п-парень подарил, - заикаясь, ответила я. – Парень? – с любопытсвом спросил Равиль Маратович, - живёте вместе? – … я вместо ответа кивнула. – На колени! – тихо и резко сказал физрук, и я послушно выполнила приказ. Он приспустил штаны и достал свой уже полувставший конец. – Длина как у Антона, только ствол немного потолще, - пронеслось в моей голове. – Открой вафельницу, шлюха! – безжалостно продолжал командывать мой препод. Я покорно открыла рот. Физрук подошёл и положил головку члена мне на язык. – Давай работай… только ласково, - добродушно сказал он, и я, прикрыв глаза, начала сосать.Через несколько мгновений член приобрёл каменную твёрдость. – В глаза мне смотри, бл*дь! – послышался вдруг грозный окрик. Я отрыла глаза и посмотрела на своего педагога. Послышался негромкий щелчок… О, ужас! Он сфотографировал меня на камеру сотового телефона! Боясь остановиться и разозлить Равиля Маратовича, я продолжала работать ртом… Вскоре препод кончил мне в рот, после чего насухо вытер член о мои щёки и подбородок. – Хорошая соска! – похвалил меня он, убрав член и сев в потрёпанное кожаное кресло. Я осталась стоять на коленях. – Что стоишь? Вставай и раздевайся догола! – спокойно сказал он, немного помолчав. Я принялась медленно раздеваться – свитер, футболка, ботинки, брюки, трусики, и… (нет, только не это!), носки.– Ого! – удивился препод, посмотрев на мои ноги и довольно улыбнувшись (мои ногти на ногах были аккуратно накрашены ярко-красным лаком; это очень нравилось и мне, и Антону, и я не стала смывать этот лак, одевая мужскую одежду – всё равно под
Парфюмерный роман