— Я не разрешаю тебе положить трубку. Иди, поставь телефон на зарядку, я буду говорить с тобой до тех пор пока ты не уйдешь на работу, все тридцать шесть часов подряд. Я не дам тебе трахаться с другим. Переждешь ночь, и дальше будет спокойнее.
— Какой же ты противный. Какой неугомонный.
— Такой же неугомонный как и ты в своих желаниях. Все, я сейчас же покупаю тебе билет на самолет. Ты летишь ко мне. Бросай работу.
Но она опять медленно покачала головой нет.
— Я не могу бросить работу, ты же знаешь. И куда мне лететь, если я даже не знаю где ты. И сказать ты мне этого конечно же не можешь. Как видишь, все все равно складывается иначе. Не переживай, ничего не будет, здесь никого нет. Давай ложиться спать... - она посмотрела в сторону и что-то прочитала. Потом встала и пошла в спальню, что-то там посмотрела и включила заднюю камеру. -Извини, у меня не убрано, - на одной половине кровати лежала гора вещей большим бугром, метра пол высотой. На ней были все вещи из шкафа. - я делала ревизию. Ты не против. - она поставила телефон сбоку от кровати на стульчик. Кровать и Инна появились в кадре. Инна была в короткой ночнушки. - я буду спать, только ты меня не буди, хорошо. Ну мало ли что мне присниться, мало ли какие я буду звуки издавать во сне или какие движения делать. Вообщем, я так устала и мне так спать хочется, что ты меня можешь и не дозваться, я могу и не проснуться. Как видишь я выполняю твою просьбу оставить видео.
Инна достала одеяло, взмахнула накрыв им вещи, залезла под него бочком и легла спать максимально близко к кучи с вещами, причем прижавшись хорошенько задом, стараясь умоститься получше. Она отправила Глебу воздушный поцелуй и положила голову на подушку. Ее сон в темной комнате был беспокойным, слабо, но видно было как она ерзала на одном месте, как ей не лежалось спокойно, как она постоянно беспокойна лежала на своем месте, свернувшись, с согнутыми ногами, то она двигала руками и растягивала одеяло то сжимала кулачки. Что-либо рассмотреть было сложно из-за отсутствия освещения. То вроде как она постоянно крутила бедрами, то вроде как она постоянно была в каком-то движении, хотя оставалась на месте. Четко было видно, что она лежала, что к ее кровати никто не подходил, что по комнате никто посторонний не ходил. В целом картинка была темная, было видно окно за кроватью, телевизор справа на стене, освещенный слабым светом фонарей с улицы, потолок. На тумбочке рядом с Инной светился ночник и освещал слегка кровать, немного выделя ее под одеялом и то с большими, размытыми с черными гранями, и площадку перед кроватью.
Через час Инна явно проснулась, он чуть подаинулась к переднему краю, вылезла из-под одеяла и села на край, причём ночнушка её собралась на талии. Она встала, поправила свою короткую ночнушку, под которой не было трусов, забрав с собой телефон и пошла в туалет, а потом в ванеую чтобы подмыться. Когда она взяла камеру и вышла на свет, то лицо ее не было заспанным, а было красным, глаза светились как два фонаря, она помахивала себе рукой от жары и, постоянно улыбалась, смотрела в камеру. (Попутно Глеб смотрел за Ленд крузером, тот оставался на месте)
— Что, что ты такая счастливая? Ты совсем не похожа на человека, который спал только что. Что
Хрупкое очарование скромности. Часть 1.