их вытащили. Немного покрасневшие и чуть припухшие, они немного болели, и больно к ним было прикасаться, но я справился и терпел.
После этого Лена и Вика тоже захотели исполнить свою роль на сегодня, и Димка с Антоном стали перетягивать мой член - у них это получалось лучше, и сильнее завязывали узлы, хотя и Лена несколько раз завязывала, и было тоже ощутимо, как она затягивала очередной узел на члене. После того как вздутый и перетянутый член болтался вместе с покрасневшими яйцами между ног, Лена смотрела по сторонам и о чём то размышляла. Идея пришла Вике.
— А давайте его в дверях зажмём – сказала она, посматривая на мой член.
Лена посмотрела на меня и видя что мне совершенно безразлично, сказала.
— Ты придумала, тебе и испытывать.
Вика обошла весь двор и открывая дверь за дверью, посматривала на мой член и на притвор. Везде было мало места, чтоб просунуть член. Очередь подошла к калитке разделяющей мой двор и улицу. Я спрятался, а Вика отворила калитку. Навесы были старинные и кованые, и на них калитка далеко отходила от столба. Можно было хоть руку просунуть. Вика обрадовалась и позвала нас. Мы подошли и посмотрели. Димку и Антона от того что продемонстрировала Вика с открыванием калитки сразу передёрнуло. Я понимал, что потом всё пройдёт и заживёт и был спокоен. Ведь не раз уже лопнувшая кожа срасталась и всё заживало. А член, это для меня была просто кишочка, через которую я просто ходил и писал. Видя моё безразличие, Вика подозвала меня. Я подошёл и встал, как она просила, и прижался к калитке со стороны двора.
— Придержи вот так – попросила Вика.
Я взял свой член и просунув его в щель между калиткой и столбом, на котором она висела, стал придерживать его. Вика взялась за ручку и стала закрывать калитку.
— Надо сильнее – подсказала Лена.
Вика послушалась и просто хлопнула калиткой. Я не ожидал и даже вскрикнул. Димка и Антон тоже вслух, что-то произнесли. От всего этого я испытал шок и не знал что стало с моим членом, расплюснутым в притворе.
— Что-то случилось – спросила Вика с другой стороны калитки.
— Открывай, увидишь – сказала Лена.
Как только Вика открыла калитку, я вытащил свой полу плоский член и отошёл в сторону. Все стояли и молча, смотрели. Никто не знал что делать.
— Нужно шину наложить, а то он вон как изогнулся – сказала Лена.
Димка быстро стал перетягивать его по оставшейся длине до самого конца, а потом примотал к нему, валявшуюся рядом, небольшую доску, тем самым зафиксировав его в таком положении. С таким нагромождением на члене я проходил около часа, и дальше пришлось всё убирать – дольше жгут держать было нельзя. Как только лопнувшая кожа схватилась и начала рубцеваться, я стал массировать и разминать член и он стал приходить в норму, хотя и было неприятно больно. Эксперименты с членом на время пришлось остановить. Тогда Димка и Антон стали каждое утро, а и иногда даже два раза в день, уходить и притаскивать банку с пчёлами. Мои яйца каждый раз, то на полчаса, а иногда и больше, погружались в этот жужжащий улей из банки и там болтались, пока пчёлы их хорошо не изжалят. Я привык по немного и уже не обращал на это внимания. Соорудив из верёвки ручку, я даже подвешивал банку с пчёлами на шею и мог свободно ходить, а мои яйца болтались и подвергались укусам насекомых.
Вика и Лена тоже иногда сидели передо мной и внимательно следили, как одна
Игра, которая зашла слишком далеко (часть 2)