— Ты же знаешь, что отдал меня ему... отправил меня к нему, как муж Китти поступил с ней, — заявила она.
Эти слова ударили меня, как кирпичом по лбу, поскольку параллели были поразительные, и я попытался оправдаться, но, ничего не придумав, просто выдохнул:
— Черт, Эллисон...
— Да, это невероятно, — признала она.
Остаток дня мы продолжали общаться, а позже снова занялись любовью, и она испытала настоящий оргазм. В целом, это был наилучший из возможных результатов того странного и декадентского вечера, и я был доволен нашим прогрессом в возвращении к нормальной жизни.
В течение следующей недели мы придерживались позитивного настроя, который был прерван только один раз, когда она вдруг запереживала из-за того, что может быть опозоренной. Понадобилось некоторое время, чтобы ее успокоить и по ее же настоянию встретиться с Коулом и Китти, взяв с них обещание, что они ничего никому не расскажут. У нас не было никакой возможности узнать, выполнят ли они свои заверения, но Эллисон была рада, и к тому времени, когда мы отправились спать, она уже оправилась от своего уныния.
За исключением этой встречи мы оба держались подальше от амбара, и, к счастью, Коулу не было необходимости обращаться к нам. Я думал, что мы могли бы продолжать игнорировать эту пару, пока они не закончат и не исчезнут. И тогда, надеялся я, что воспоминания об этих событий быстро поблекнут.
Девять дней спустя я написал Эллисон, что мне нужно принять участие в позднем телефонном разговоре и я вернусь домой только после семи. В последнюю минуту вице-президент отменила встречу, и по дороге домой я попытался дозвониться до нее, чтобы сообщить об изменениях, но сообщение попало на голосовую почту. Подъехав к дому, я заметил у сарая фургон и пикап и, испытывая некоторое беспокойство, бросился внутрь.
— Эллисон? — я окликнул ее, когда вошел, но ответа не получил.
Быстро обыскав дом, я обнаружил, что он пуст, и, направляясь к черному ходу, заметил на тумбочке ее телефон, что усилило мое беспокойство. Мне пришлось заставить себя замедлить шаг, когда я направился к сараю, не зная, что там меня ждет.
Остановившись на улице, чтобы оценить ситуацию, я заглянул через вход и заметил Коула за рабочим столом и Китти за дровоколом, в то время как Эллисон, одетая в спортивные шорты и рваную майку, собирала наколотые дрова и относила их в уже сложенный штабель. От ее наряда у меня по спине пробежали мурашки, поскольку не было никакого способа объяснить это чем-то иным, кроме желания большего секса, хотя я изо всех сил пыталась понять, почему Коул казался таким занятым. Непонятная ситуация заставила меня задержаться, чтобы попытаться понять что происходит.
Буквально через несколько минут у Китти закончились дрова, и, когда моя жена собрала последние щепки, женщина средних лет выключила агрегат. Внезапно наступившая тишина стала немного тревожной и заставила меня отступить на несколько шагов.
— Эй, Коул! — крикнула Китти.
— Да, — ответил он, не поднимая глаз.
— Ты готов? Девчонка заслужила свой трах, — ответила она.
Слова Китти заставили Эллисон поднять глаза, и на ее лице появилась улыбка. Она повернулась к рабочему, но, когда тот приблизился, стало заметно, что она нервничает. Коул взял ее за руку, и они обменялись коротким взглядом, который, казалось, успокоил ее, а затем он развернул ее к рабочему столу, просунул руки в проймы ее майки и начал массировать ее груди. Ощущения заставили Эллисон склонить голову ему на грудь, и я снова увидел, как он говорит ей что-то, чего я не расслышал.
Первая сделка