отправились на озере по тропинке. Луна была не полной, но света хватало, и было видно, где и что посажено, где калитка и откуда начинается озеро. То есть кромку воды. Вода была тёплой словно парное молоко, и мы забрели в воду и плюхнулись, зайдя по пояс. Даже вода была не способна охладить жар в теле и снять усталость. Ополоснувшись и на кувыркавшись в воде, мы всё же чуток освежились, и пошли домой. Во дворе сестра попросила меня задержаться, так как ей нужно было переодеться, и я присел голой попой на скамейку и закурил. Через пять минут я вошёл в дом. Таня уже лежала в своей кровати и я пройдя мимо её, лёг на свою и накинул на себя простынь, как и сестра. Тут вдруг Таня спросила меня.
— Серёж, а что у тебя за шрам? Я видела его прошлый раз, когда ты наклонялся и заглядывал под кровать.
— Так ерунда, поцарапался – соврал я.
Таня не стала выпытывать, так как знала, что часто в лесу бегаю голышом и это могло быть вполне правдоподобно. Зато меня это выбило из колеи, и я постоянно думал, зачем я соврал, ведь мог бы сказать правду и посмотреть на реакцию сестры. Этот вопрос меня долго мучил и как то вечером я не выдержал и сам завёл разговор про этот небольшой шрам.
— Таня, извини, я тогда про шрам соврал тебе. Просто растерялся и придумал, что первое пришло в голову. Это зашитый разрез – ответил я.
— В каком смысле разрез? - Не поняла и сильно возмутилась сестра.
— Ну как тебе об этом сказать – начал было я подбирать выражение, и сестра тут же сказала.
— Говори как есть.
— Ладно. Мы с другом вынимали мои яйца и разглядывали их – набравшись сил, выдал я залпом.
Минута молчания и Таня смотрит на меня, открыв рот, и не знает что сказать. Чтобы разрядить ситуацию я снова ляпнул, не подумав.
— Если хочешь, я и тебе могу их показать – произнёс я.
— Ты что. Совсем с ума сошёл, можно ведь грязь занести и их тебе тогда совсем отрежут. Короче ты что, хочешь, чтобы тебя кастрировали? – выдала она.
— У меня друг врач ветеринар и он это умеет делать очень хорошо и умело – пояснил я.
— Я поняла, что ветеринары быстро могут отрезать тебе всё, и потом будет уже поздно сожалеть об этом. – сказала она возмущённым голосом.
— Я же не про то что они могут их отрезать, а про то что он мой друг может осторожно и аккуратно вынуть их и показать а потом назад всё убрать и зашить – пояснил я.
— И давно ты это делал - спросила сестра.
— Два года назад – ответил я.
Некоторое время мы лежали молча. На улице стало уже совсем темно, но ни мне, ни сестре, спать не хотелось. Я даже не знал, про что поговорить с Таней, так как боялся, что она может обидеться на меня и завтра же собраться и уехать.
— Ладно, давай спать и извини за то, что рассказал – произнёс я.
— Не стоит извиняться, это же твоя жизнь и тебе потом хлебать проблемы, которые появятся в последствии или станут следствием того что ты делаешь.– ответила сестра.
— Нам просто захотелось посмотреть на них из любопытства, а потом Семён, так зовут моего друга, всё тщательно обработал, и было всё чисто – пояснил я.
— А что же он тогда не вынул свои. – спросила Таня.
— Самому себе всегда трудно что-то делать, особенно
Начало моего сексуального образования