А потом вдруг внезапно исчез, оставив меня беременной в затрапезной гостинице, одного из приморских городишек. Ну что, Кирилл Игнатьевич, вспоминаешь события давно минувших лет?
– Ольга Сергеевна, ты?! – удивлённо с испугом воззрился Кирилл Игнатьевич на свою давнюю знакомую. – Прошло столько лет, как ты нашла меня? – растеряно пролепетал он. У тебя, Ольга, тогда родился мальчик, судя по фамилии Стыковский, если я правильно понимаю?
– Да, Кирилл, он самый. Дмитрий Николаевич Стыковский. И работает наш сын в твоём ведомстве. Не скрою, что я не мало приложила усилий, чтобы он получил направление в твою губернию Я вырастила нашего ребёнка, дала ему достойное образование. Теперь тебе следует позаботиться о своём сыне и помочь составить приличную карьеру нашему мальчику.
Кирилл Игнатьевич нервно закурил и, покачав головой снисходительно усмехнулся, глядя на некогда обожаемую женщину.
– Дмитрий Николаевич оказался предприимчивым молодым человеком. И решил проблему гораздо проще, чем можно было представить в моём понимании. Он счёл возможным очаровать мою дочь и претендовать на её руку и сердце. Каков делец! И чем взял мою Надю и её глупую мать? Образован, состоятелен, умён и более того, бесстыж, но это он, полагаю, в своего отца.
– С последним утверждением не стану спорить. Только, надеюсь, не успел наделать после себя наследников. Впрочем, с этим у него достойная практика. Так сказать, превзошёл своего родителя, Кирилл Игнатьевич. Только одно усложняет дело, мой Дима и твоя Надежда, по сути сводные брат и сестра?...
– Тут есть одна закавыка, Оля. Я, как и твой бывший супруг Стыковский, женились на женщинах, кои были беременными, но не от нас. Просто водевиль какой-то, – иронично хохотнул Толмачёв, – но об этом никому не надо знать, понимаешь?
– Выходит, кровного родства у них нет? – обрадовано вспыхнула Ольга Сергеевна.
– Вот им, в первую очередь, не надо знать об этом.
– А как тебе удалось выйти замуж с ребёнком под сердцем от другого мужчины?
– Мой Николай Валентинович был исключительно порядочным человеком. Он женился на мне, зная о моей беременности. Этот брак у него был вторым. Николай был бесплоден, И честно признался мне в этом. Сказал и то, что очень хотел иметь ребёнка. И никогда меня не попрекнул моей связью с тобой. Разумеется, он и не требовал имя отца. И я всю жизнь была ему за это признательна и верна.
– А твоя дочь, Кирилл Игнатьевич, от какого родителя произошла на свет?
– Это даже мне неизвестно. Моя Агния Львовна получала образование в Санкт Петербурге и вернулась домой с небольшим недомоганием, слегка схожим с признаками ранней беременности. Я был неискушён в подобных пассажах и проявил крайнюю беспечность. Но в последствии она уверяла, что отец Надюши из числа особ царской фамилии. Что весьма скоро подтвердилось небывалым взлётом моей военной карьеры. Дочь выросла ослепительной красавицей, упорно добивалась вершин в получении академического образования в Петербурге, в чём превзошла свою мать. Такова disposition сил в моей семье. Женщины буквально требуют моего непосредственного участия в судьбе наших детей. И не принимают никаких возражений с моей стороны в этом. Твой Дмитрий всего лишь стряпчий в начале своей карьеры. По роду своей деятельности исправно занимается составлением судебных бумаг и предварительной частью гражданского процесса в апелляционных судах.
– Не мне судить, Кирилл Игнатьевич, о его заслугах и соваться со своими советами... Но если твоя благоверная попробует обратиться к вашему тайному благодетелю ещё раз? Ведь на кону счастье его дочери.
Кирилл Игнатьевич, недоумённо хмыкнул, барабаня костяшками пальцев по столу.
– А знаешь, Оля, весьма недурная мысль. Но прошло столько времени,
Амазонки