Женщина была безутешна. Она сидела напротив моего стола, рыдая, дрожа, едва контролируя себя. Её волосы были спутанными и безжизненными, лицо измождённым, глаза красными, голос надломленным, отравленным грубым, хриплым тоном, который мог возникнуть только из-за многих часов крика и плача.
— Миссис Карлайл. Могу ли я называть вас Дженис? Дженис. Никакого убийства не было. Мистер Лелуп всё ещё жив.
— Он УМИРАЕТ.
— Мы не можем этого сказать. Его врачи связаны правилами HIPAA [1], но они заверили нас, что его состояние стабильное, а не смертельное. И нет никаких доказательств каких-либо внешних воздействий.
— Я говорю вам, он это сделал! Это он ОТВЕТСТВЕНЕН.
— Чтобы внести ясность и зафиксировать... КТО несёт ответственность? И за ЧТО?
— МОЙ МУЖ! Этот жалкий сукин сын, ОН СДЕЛАЛ ЭТО!
Моя рука нашла дорогу к лицу. Мои глаза закрылись. Чёрт. Мне действительно придётся объяснять это этой сумасшедшей женщине:
— Мне очень жаль, но это чисто медицинская проблема, а не преступление. У мистера Лелупа одновременно случились множественные тромбоэмболии [2] легочной артерии и инсульт средней степени тяжести. Я понимаю, что это редкость, но, по-видимому, такие вещи случаются. Ваш муж не мог предпринять никаких действий, чтобы вызвать это. Нет никаких лекарств, никакого физического вмешательства, никаких обстоятельств, которые кто-либо мог бы использовать, чтобы вызвать это состояние у другого человека. У Клода явно были какие-то скрытые, недиагностированные ранее проблемы, которые просто, э-э, случайно проявились вот так. Это прискорбно, но ему очень повезло, что помощь была оказана так быстро, иначе всё могло быть гораздо хуже. Никто не несёт за это ответственности.
— Вы не СЛУШАЕТЕ. Джон СДЕЛАЛ ЭТО.
Чёрт возьми.
— Как сделал? Почему? Что, по-вашему, произошло?
— Он... — и она сказала что-то невнятное.
Это прозвучало как... Нет. Она не могла сказать ЭТОГО. Неужели всё-таки..?
— Извините, я не совсем понял.
— Он наложил на него ПРОКЛЯТИЕ, ясно? Он наложил ПРОКЛЯТИЕ на моего Клода!
— Значит, проклятие. Что-то вроде цыганского вуду? [3]
— Да! Нет! Я не знаю. Я не знаю, КАК он это сделал, но он ЭТО СДЕЛАЛ.
— И зачем ему это делать?
Она втянула воздух и собралась. Я знал ответ, но было странно, что ЭТО была та часть истории, которая её явно смущала.
— Клод Лелуп - мой любовник. Это длится уже около года. Джон узнал про нас. Я не думала, что он узнает, но, видимо, такая вероятность всегда была. Я пыталась убедить его, что это не имеет никакого отношения к нашему браку или нашим отношениям. Что это просто то, что мне нужно было сделать для себя. Что это закончится в своё время, и тогда всё вернётся к тому, как было раньше. — она покачала головой, всё ещё взволнованная. — Он не поверил мне. Он настаивал, чтобы я немедленно порвала с Клодом, или «Будут последствия». Он так и сказал. «Будут последствия». В ответ я посмеялась над ним... Мне жаль говорить это. Боже. Если бы я только знала...
Она затихла. Я ждал. Иногда лучший способ заставить кого-то говорить — создать неловкую тишину. Это сработало и сейчас.
— Я не... Я не думала... Ну, и тогда Джон исчез. Исчез с радаров. Я ничего не слышала о нем несколько дней. Сначала я думала, что он впал в истерику, поскольку его маленькое эго было уязвлено. Я думала, что он вернётся рано или поздно, и мы поцелуемся и помиримся. Вот... Прошло чуть больше недели, прежде чем я раздался первый телефонный звонок. Это был Джон. Он ничего не сказал, он просто... дышал в трубку. Это было чертовски жутко. Я пыталась заставить его заговорить, дать мне
Очень развратный чат на гей порно сервере