—. А как же поцелуи? Их у меня ещё не было. Так хочется попробовать...
— Это не сложно...
— А ты умеешь?
— Конечно!
— Тогда давай!
И девушки смеясь обняли друг дружку и прижались губами. Первый поцелуй был короткий. Но затем мягкие губы служанки захватили тонкие уста госпожи и они долго не отрывались друг от друга.
Лилис стада слегка покусывать губы Нисы, а затем просунула свой язычок. Юноая, ассирийка почувствовала приятное щекотание и с трепетом вспомнила ту ночь, когда язык рабыни проникал в другие места. От этих мыслей уши покраснели и дыхание участилось.
Она ненадолго прервала поцелуй, чтобы отдышаться, но Лилис снова захватила её губы. И Ниса быстро поняла, что дышать можно вместе, вровень друг с другом и лаская друг дружке губки. Она закрыла глаза и благодарно погладила служанку по плечам.
Но через тунику было не интересно и её тонкие пальцы проникли под ткань, лаская тёмную кожу служанки. Так они сидели долго, позабыв, что они не в храме и весело нарушая принятые в их мире правила приличия. И только появление Джуны прервало их забавы.
— Милые девы - царственно сказала она, улыбаясь их притворному испугу - Вам, конечно, очень хорошо, но пора ехать. Моему господину хочется успеть до заката.
Их путь лежал в Храм Нового года, где обычно собирались юноши и девушки в начале весны. Но Атису он был открыт для обрядов и в конце лета. Они приехали поздно ночью, а на следующий день закрепили союз новобрачных жертвоприношениями. Джуна плакала и обнимала бывшую госпожу и бывшую напарницу. Они взялись за руки и в первый и в последний раз в жизни втроём сплясали хоровод у жертвенного огня.
На следующее утро они обнялись и попрощались. Ниса и Лилис в сопровождении юного раба отправились в свой древний город на берегу Тигра. А Джуна и Атис отправились на запад к морю, где была его столица. По пути через пустыню они остановились в обширном густом оазисе.
Там росли дикие деревья, журчали прорытые простыми земледельцами ручьи и порхали вольные птицы. Джуна решила, что здесь даже лучше, чем в царских садах Вавилона. Пока ставился лагерь, она углубилась в заросли и дошла до ниспадающего родника, вокруг которого образовалось небольшое озерцо, меньше чем по колени.
Джуна вдруг испытала ощущение полной свободы, когда не нужно никуда торопиться. И можно отдохнуть от долгой дороги по жаркой пустыне. Она оглянулась вокруг. Никого не было. Она скинула тунику и с весёлым плеском прошла по озеру до ручья.
На Джуне осталась только набедренная повязка. Она стала мыть плечи и всё тело. Теплые лучи пробивались сквозь листву и под ними было здорово растираться ледянистой водой из недр пустыни.
Послышался шорох кустов. Джуна выпрямилась, прикрыла грудь и не оборачиваясь повернула голову. С радостью узнала она Атиса и спросила по эллински: "Ты один?". Он не расслышал и пришлось слегка повернуть стан. Он ответил: "Никого кроме меня нет, ты же знаешь".
Она улыбнулась. Ему уже известны строгие нравы женщин северных степей.
— Пусть никто не подходит - сказала она строгим тоном борясь со смехом в груди - я моюсь.
— Хорошо. Я постою здесь.
Джуна села на колени и стала растирать грудь. Она знала что он наблюдает за ней. Но теперь от своего мужа можно ничего не скрывать. Наоборот, можно дать собой полюбоваться и это здорово.
Она нарочно стала тянуть время, плескать ладонями по воде и искоса подглядывать на супруга. Под конец она неловко поскользнулась и окунулась в воду по пояс. Теперь тайные места девушки стали видны сквозь мокрую ткань.
Романтическая фантазия