мы ознакомились с обстановкой и первое время было даже весело, но неделю спустя от однообразия нам стало скучно. После зарядки и завтрака начинались соревнования между отрядами, либо игра в зарницу, настольный теннис или еще какая-нибудь активная хрень.
После очередного завтрака мы с Сашкой слиняли из отряда, подставив под отговорки нашего Ваську. Кот быстро научился врать благодаря нам.
Прогуливаясь по территории лагеря, мы провели своего рода небольшую разведку.
— Вон смотри! - резко сказал Саня и показал в сторону забора рукой. - Там походу дыра в стене! Можно пролезть наружу!
— Да, но зачем? - тут же спросил я.
— Как зачем? Выбраться из лагеря! - тут же ответил он, посмотрев на меня с недоумением.
— Да, но зачем? - повторил я свой вопрос.
— У тебя что, пластинку заело что ли? - Саня посмотрел на меня недоумевающе. - Вот давай сейчас только без дураков? А? Курить хочется, жрать тоже!
— Тебя мало здесь кормят? И?
— Что и? В сельский магаз сбегать за сигаретами и купить шоколадок, сладостей каких... От однообразной жратвы меня уже колбасит всего! - с разочарованием в глазах произнес Сашка. - У нас из вкусного только полдник. На который дают только стакан киселя и печеньку с яблоком! Мне этого мало! Я привык к большему, если что!
Мне ничего не оставалось, как поддержать друга. Однако в его авантюре я отказался участвовать, сославшись на отсутствие денег.
— Хрен с тобой! Сам как-нибудь схожу! - сказал он.
Затем мы пошли к речке. Уйдя в самую даль от лагеря, мы набрели на заброшенный пирс.
— Смотри! - тут же дернул меня за рукав Сашка. - Ну ни фига себе!
Я тоже сразу обомлел, как только увидел. На заброшенном пирсе голой загорала наша повариха - Зинаида Марковна. Она была постарше нашей вожатой, но по своим формам и красоте нисколько ей не уступала! Титьки были налитыми, а жопа упругой и практически без целлюлита. Кстати, Сашка с первого дня подкатывал к ее дочке - Любке, которая работала и помогала ей на кухне. Девушка была на год нас старше, однако Санек активно подбивал клинья и строил глазки, а уже через пару дней вовсю сосался с ней за главным корпусом нашего лагеря.
Тетя Зина сейчас была абсолютно голой, если только не считать черные солнечные очки и светлые босоножки на ее ногах. Она даже ничем не прикрывалась и получала солнечный загар, не подозревая ни о чем. Ее сочные титьки и упругая жопа была выставлена нам на обозрение. Мы же притаились в кустах и, не сдерживая своего желания, стали усердно дрочить. Подрочив, мы слиняли оттуда и стали туда наведываться почти каждый день. Только вот наша повариха туда приходила позагорать в чем мать родила не чаще, чем 3 раза в неделю.
Не прошло и нескольких дней, как Сашка без моего ведома решил смотаться в сельмаг. Друг воспользовался разведанной дырой в заборе, чтобы выбраться из лагеря наружу. Вернулся он без покупок, без денег, но с большим фингалом под левым глазом. На мои вопросы он отвечал неохотно и с явным раздражением в голосе.
— Саня, что случилось? Как так? - спросил я его.
— Да вот так! От местных пиздюлей получил... Да еще и все деньги отобрали! - возмущался он, держась рукой за свой подбитый глаз. - А вот если бы ты со мной пошел, тогда бы...
— Тогда бы мы оба получили пиздюлей от местных и сейчас бы оба были с фингалами! - прервал его я, показывая пальцем на его синяк.
Встречи