голосом. Закончив, она откинулась назад и, скрестив ноги, сделала глоток вина. Эффект был немного испорчен, так как ей пришлось подавлять кашель, но все равно я был впечатлен.
Мисс Торн, похоже, тоже, поскольку она одобрительно улыбнулась Лилли.
—Очень хорошо, мисс Чанг. Твоя наивность восхитительна, но кажется неуместной в данной ситуации. И последний вопрос: была ли ты или мисс Хомени в тот вечер в ошейниках?
Лилли дотронулась до своего ошейника, взглянув на меня.
—Эм, я так не думаю. Почему вы спрашиваете?
Мисс Торн поднялась со стула и подошла к тому месту, где сидела Лилли. Она наклонилась, чтобы взять поводок, свисавший с ошейника, и провела пальцами по прохладной серебряной цепочке.
—Мисс. Чанг, ты понимаешь, что это значит? Для тебя и для мистера Уолтерса?
—Это означает, что он мой куратор, а я — его подопечная. Он отвечает за меня и мое поведение, а я отвечаю перед ним за то же самое.
Мы обсудили эту часть руководства после той первой ночи. Поначалу она сопротивлялась, но в последнее время стала воспринимать это как предмет гордости.
— Это верно, но это нечто большее, это символ согласия. Позволяя ему надеть это на тебя, ты соглашаешься принять его в качестве своего куратора, своего хозяина, если хочешь. Надевая его на тебя, он принимает эту роль, а также твое рабство, пока ты его носишь. Знаете, почему важно, что ни на тебе, ни на мисс Хомени не было ошейников в ту ночь?
—Я не заметила, я хотела делать то, что мы с Фарах делали вместе. Для меня не имело значения, был на мне ошейник или нет. — ответила Лилли, переводя взгляд с мисс Торн на меня.
—Это может быть правдой, и, насколько я понимаю, мисс Хомени очень хотела того же. Но в ту ночь произошли другие события, которые ей не понравились, и на которые ошейник не дал согласия, — сказала мисс Торн.
— Вы имеете в виду, когда, когда мистер Джефферсон вытер свой... — Лилли запнулась, крепко вцепившись руками в кожаную обивку дивана.
— Да, именно так. Хотя мисс Хомени терпела многое при мистере Джефферсоне, каждый раз это происходило потому, что она давала свое согласие, позволяя ему надеть на нее ошейник. В ту ночь она была рядом с вами, а не с ним, и в результате была очень расстроена. А теперь я спрашиваю тебя так же, как спрашивала ее, произошло ли в ту ночь что-нибудь, на что ты не давала своего согласия.
—Нет, нет. Пожалуйста, мисс Торн, пожалуйста, поймите, что все произошло потому, что я этого хотела. —она посмотрела на меня, затем продолжила. —Сначала, с мистером Уолтерсом, я была напугана. Боялась того, что он может сделать со мной, если причинит мне боль. И вот однажды ночью он приехал за мной в полицейский участок. Меня застукали на вечеринке, и я не знала, кому позвонить.
Она глубоко вздохнула, содрогаясь от воспоминаний.
—Он пришел и спас меня. Шериф говорил разные вещи, сказал, что, если я хочу выпутаться из неприятностей, мне придется кое-что сделать. Мистер Уолтерс противостоял ему и защитил меня, он спас меня.
Она посмотрела на меня широко раскрытыми блестящими глазами.
—Он единственный мужчина, который когда-либо делал для меня что-то подобное. Я бы сделала для него все, что угодно.
Я сидел неподвижно, нежно улыбаясь нетерпеливому юному лицу на другом конце дивана. Я уже давно знал, что Лилли боготворит меня, учитывая ее воспитание и ее изоляцию здесь, это было неудивительно, но приятно слышать.
—Спасибо тебе, Лилли, и я бы сделал это снова. Ты заслуживаешь лучшего. —сказал я, и она просияла от похвалы.
Отдых на даче. ч2