положила лифчик на стул, нагнувшись и выпрямившись, отчего ее груди заколыхались... Мы с другом созерцали зрелую грудь моей матери... Мать сделала паузу и посмотрела на нас. Особенно на меня, открывшего рот. С красным лицом, и еще с каменным хуем под столом. А друг стоял напротив мамы со стоячим хуем.
— Охуенно. Просто охуенно – восторгался друг, схватив себя за хуй даже.
— Довольно? – поинтересовалась мать, так серьезно, деловито.
— Ээ... пизду... обещали показать. Покажите – как-то командно сказал друг моей маме.
Мать со вздохом, бросив взгляд на меня, взялась за трусы и потянула из вних... до середины бедер... Этого, конечно, было достаточно, чтобы мы с другом увидели волосатый треугольник моей мамы... Когда она тянула вниз трусы, первые показывающиеся волосы уже ёкнули у меня в хуе, заставив его окаменеть конкретно. И груди, они сова заколыхались...
— Охуенно! – снова выдал друг, даже постучав хуем по столу пару раз, чем заставил офицерскую вдову вскинуть брови.
— Охуенно – не смог сдержаться я.
Мать посмотрела на меня с охуевшим взглядом, как будто только увидела меня, и я съежился, и как будто мой хуй стал опадать. Ебать стыдно.
— Конечно, охуенно – поддержал меня Егорка – и, тем самым, отвлек мать.
— Тамара Михайловна, вас надо ебать и ебать, ебать и ебать – говорил 21-летний друг моей 43-летней матери-вдове, держа в руке свой здоровый хуй.
— Так, Егор, успокойся – сказала мать – Не надо так при сыне – а у самой краска на лице, и смотрит на меня, косясь, «Что сын думает-то сейчас»...
— Аа... Да. Прощу прощения – без какого-либо сожаления сказал друг, но прекратил.
А меня это, сука, завело: мой ровесник с хуем наперевес говорит моей зрелой матери, вдове полковника, которая стоит с выставленными на показ охуенейшими грудями и густой волосатой пиздой, что её надо ебать, и прямо при мне говорит... Немыслимая ситуация! Ебать мой хуй! И я смотрю сейчас на мамин волосатый треугольник, на её сиськи, на хуй друга, который ведь реально будет мою уважаемую всеми мать ебать в эту самую пизду... и в жопу ещё... Вот это да!
— Ну всё, Егор? – спросила меня мать со спущенными передо мной трусами и волосатой пиздой напоказ.
— А может быть щас, Тамара Михайловна? – намекнул он.
— Нет. Ты еще не помощник, надо идти в учреждение. А то без прав меня поимеешь. Вдова полковника, сам понимаешь... – основательно выразила мать свой отказ быть выебанной моим ровесником в ближайшее время.
— Ясно – грустновато сказал этот самый ровесник.
Они смотрели друг другу в глаза, какое-то противостояние: он держит свой хуй, чуть ли не дрочит, а моя мать перед ним с тяжелыми сисяндрами и волосатой пиздой, со спущенными синими трусами. Он всё еще размышлял. Возможно, о том, что не попробовать ли ему просто взять обойти стол и поставить мою мать раком, и выебать офицерскую вдову прямо при её сыне. Оценивал-оценивал, и решил не запарывать всё. Кивнул, давая понять, что всё, достаточно на сегодня.
Мать нагнулась за трусами, давая нам снова насладиться её грудью, и спрятала волосатую пизду, а потом и за лифчиком потянулась... Снова сочные зрелые сиськи исполнили мини-танец, и главное мать не парилась уже по этому поводу.
Перед тем как завести руки за спину, чтобы застегнуть лифчик, она с просила у меня вдруг: - Ну а ты насмотрелся?
— Да – стеснительно ответил я.
И мать заправила сиськи в лифчик, запахнула халат.
— Ну, что, Егор, будем прощаться на сегодня?
— Да... - с досадой ответил он, запихивая хуй в штаны, а моя
Интервью (продолжение)