громким стоном, я почувствовала, как тепло растекается внутри. Он слез с меня, хлопнул по бедру: "Классная баба, Сань." Я лежала, тяжело дыша, не понимая, что происходит. А потом подошел Дима. Он не стал церемониться — перевернул меня на живот, задрал бедра вверх и вошел сзади. Его член был толще, чем у Андрея, я аж завыла от того, как он растягивал меня. Он шлепал меня по заднице, приговаривал: "Давай, Олька, работай, " — и двигался так, будто хотел разорвать меня пополам. Я вцепилась в диван, слезы текли по лицу, но тело, черт его дери, начало отвечать — внутри все сжималось, и я сама не поняла, как кончила, тихо, сдавленно, ненавидя себя за это.
Дима кончил следом, выругался, вытерся полотенцем. Костя был последним. Он лег на диван, посадил меня сверху, я уже не сопротивлялась — сил не было. Его руки сжимали мою грудь, он кусал соски, пока я двигалась на нем, чувствуя, как он пульсирует внутри. Он кончил тихо, просто выдохнув, а я слезла с него, вся мокрая, липкая, с гудящей головой.
Саша встал, подошел ко мне, взял за руку и повел в душевую. Там он молча включил воду, помыл меня, как будто ничего не было. Потом сказал: "Оль, ты молодец, я люблю тебя." Я не ответила. Мы вернулись домой ночью, легли спать, и с тех пор он ни слова об этом. А я... я не знаю, как жить дальше, но перед глазами до сих пор та баня, те руки, те взгляды.
Как меня превратили в шлюху Часть первая