будь на ней маски, он увидел бы её удивлённое лицо. А дворник, сообразив, что однозначного запрета не последует, снова прильнул к сочной расселине.
Тыча трясущимися руками кнопки меню, Игорь слышал, как киргиз издавал далеко не скромные чавкающие звуки, как будто не вылизывал, а поедал прелести его жены. Но приглушенное маской, но явно возбуждённое, дыхание супруги говорило, что она совсем не против. С одной стороны, Игорю хотелось прекратить этот, пошедший не по сценарию, процесс. С другой же, член до боли напрягся, упираясь в штаны и намекая, что всё идёт, как надо.
...
Анюта, до боли прикусив губу, пыталась сдерживать вырывающиеся стоны. Для неё самой было дико признавать, что сейчас она готова выть в голос от того, что делал с ней мужчина, которого даже никогда не видела. Буквально на днях, она яростно спорила с подругами, доказывая, что женское наслаждение – это тонкий эмоциональный процесс, который возможен только с близким человеком, поэтому никогда не поймёт женщин, соглашающихся на секс с малознакомыми мужчинами. И вот сейчас ловила себя на мысли, что возможно ошибалась. Тело не слушало голоса разума и само содрогалось от грубых шершавых рук и особенно юркого мужского языка, который, казалось, умудрялся скользить одновременно везде.
— Всё! Я настроил, - отвлёк её от мыслей голос мужа.
Мысли были совсем о другом и приходилось напрягаться, чтобы понять, о чем речь. Не успела она сообразить, что именно настроил Игорь, как очень жесткий штырь вставшего позади мужчины пронзил её:
— Ооох! – не сдержала она вырвавшегося, от полноты ощущений, крика.
— Нет! – панический голос мужа, - Сначала презерватив!
— А, да! Забыл, - опять этот странный надтреснутый голос и полная уверенность, что где-то она его уже слышала. При этом вопреки словам, он не вынул член из неё, а продолжал водить им внутри, пока муж рылся в карманах в поисках.
Когда член всё же покинул её лоно, Аня поймала себя на мысли, что время течёт невыносимо медленно:
- Ну, когда он уже закончит с упаковкой и раскатает резинку? Сколько ждать?
Вагина просто горела, истекая соком и предвкушая, когда жесткий член снова проткнёт её. Но мужчина не спешил. Он принялся водить головкой члена между её губок. Дразня, чуть макал и снова ускользал, размазывая текущую смазку по клитору и снова поглаживал головкой перед самым входом.
— Что, хочешь член, шлюха? - раздалось позади. И тут же, видимо обращаясь к мужу, - Смотри как жопой ловит! Завелась шмара.
Стало стыдно, когда Анюта и правда поймала себя на мысли, что поддавала тазом, чтобы насадиться на дразнящий член.
— Она не шмара... - вступился за неё Игорь и после недолгого раздумья добавил, - просто актриса.
— Да ладно! Нормальная баба разве будет пизду за деньги продавать. Видно же, что блядь! Хочешь хуя, блядь?
— Не надо так говорить, мы же с вами договаривались! – сказал сконфуженный муж, но мужчину уже понесло:
— Ой, успокойся! Ты же на фото снимаешь, в чём проблема? Или ты её защищаешь? Тебе чего, с ней детей крестить? Видишь же тащится баба.
Ягодицу Ани ожег хлесткий шлепок и тут же долгожданный член ворвался в её дырочку. Это было так неожиданно, что женщина и забыла, что собиралась сдерживаться и не показывать своих эмоций:
— Ааа! Ааа! Ааа! – вылетали из её рта выкрики, а мужчина всё не унимался:
— Любишь? Любишь, когда ебут? Давай снимай! Смотри, как раскорячилась, шалава!
— Не разговаривайте, просто трахайте её! – почему Ане кажется, что её муж и сам говорит с таким придыханием, как будто сам вот-вот кончит?
Любимая (рассказ о жене)