стенке лифта, тяжело дыша. Её грудь вздымалась, пот стекал по шее, капая на пол, а его рубашка, наполовину разорванная, свисала с плеч. Лифт остановился с лёгким толчком, но двери не открылись — видимо, доступ к верхнему этажу открывался только по ключу. В тесной кабине висела тишина, прерываемая только их сбившимся дыханием и слабым звоном кулона, когда Кристина шевельнула головой.
Кристина откинулась назад, упираясь затылком в зеркало, и посмотрела на своё отражение — растрёпанные волосы, золотистые зрачки, раскрасневшиеся щёки. "Это точно не я", — пронеслось в голове, пока Денис, всё ещё красный и взъерошенный, пытался что-то сказать:
— Кристина... это...
Она резко выпрямилась, приложив палец к его губам, и оборвала его быстрым, но дрожащим голосом:
— Ни слова. Иди. И — никому ни слова, понял?
Денис замер, глядя на неё широко раскрытыми глазами, потом кивнул, неловко поправляя брюки. Его разорванная рубашка свисала с плеч, и он торопливо запахнул её, словно пытаясь скрыть следы их безумия. Кристина нажала кнопку общего этажа, и он выскользнул из лифта, бросив на неё последний растерянный взгляд. Двери сомкнулись с тихим шипением, оставив её одну в запотевшей кабине.
Она глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь в ногах, и принялась приводить себя в порядок. Пальцы торопливо разгладили скомканное платье, опуская его обратно на бёдра, — разрез всё ещё обнажал больше, чем нужно, но это уже не имело значения. Кружевные трусики так и остались лежать в углу лифта, смятые и мокрые, и Кристина, поморщившись, решила их не трогать — "Потом заберу... или нет". Она провела руками по волосам, пытаясь уложить чёрные пряди в подобие прежней аккуратной волны, но зеркало показывало только растрёпанную, дикую версию себя. Пот с шеи она вытерла тыльной стороной ладони, а затем брызнула на запястья ещё немного духов из флакона номер один, который вытащила из сумки, — аромат корицы и пастилы смешался с запахом её кожи, создавая странно притягательный шлейф.
Крис бросила взгляд на панель лифта и ткнула кнопку своего этажа — 27-й, пентхаус, её убежище. Лифт дрогнул, снова загудел и плавно пошёл вверх, унося её прочь от следов этого спонтанного греха. Она прислонилась к стенке, чувствуя, как холод зеркала остужает спину, и посмотрела на кулон. Кулон-лапка блеснул золотом, будто подмигивая ей, и в этот момент её губы тронула лёгкая, почти безумная улыбка. Вечер с Викой был впереди, а таинственный поклонник, похоже, только начал свою игру. Что-то подсказывало Крис, что она ещё глубже погружается в бездну собственных желаний, и обратного пути уже нет.
Сладкий мальчик