— Вот это парень! Два члена и еще тещу вылизал — медаль ему!
Я смотрела на это, не веря своим глазам, чувствуя, как жар бани и жар эмоций сливаются в одно. Парилка гудела от звуков стонов, шлепков тел, влажных чавканий и их громкого хохота, и этот безумный вечер становился все более нереальным, унося нас в какую-то параллельную реальность, где правила давно перестали существовать.
Саша тяжело дышал, его попка блестела от спермы и пота. Ваня крикнул:
— Юля, иди сюда, добавь ему жару! Запихай руку в его жопу!
Юля вскочила, ее длинные волосы прилипли к спине, а грудь третьего размера подпрыгивала при каждом шаге. Она подошла к Саше, который все еще сидел на Диме, и хихикнула:
— Саша, сейчас будет еще интереснее!
Она зачерпнула сперму, вытекающую из его ануса, используя ее вместо смазки, и медленно начала вводить руку. Саша ахнул, его глаза расширились:
— Ох... Юля... это... слишком...
Ее тонкая ладонь скользнула внутрь, растягивая его еще больше, и она засунула руку по запястье, держа ее там. Саша задрожал, его стоны стали выше:
— Ооо... я... чувствую все...
Парни захохотали, комментируя:
Костя:
— Юля, ты ему там все перевернула! Мастер!
Дима:
— Смотрите, как он кайфует! Саша, ты герой дня!
Серега:
— Его жопа теперь бездонная! Куда там еще руку пихать?
Ваня:
— Это уже не дырка, а портал какой-то!
Юля держала руку внутри, слегка шевеля пальцами, и Саша стонал, его тело дрожало от напряжения и удовольствия. Я смотрела на это, чувствуя, как мое возбуждение смешивается с шоком. Мама прошептала:
— Это... безумие... но... впечатляет...
Парилка гудела от смеха парней, стонов Саши и влажных звуков. Это был очередной виток нашего сумасшедшего вечера, и я уже не знала, сколько еще мы сможем выдержать.
После всех безумных событий в бане мы наконец выбрались из парилки, мокрые, уставшие и все еще ошеломленные происшедшим. Парни, довольные собой, собрали свои сумки, хлопая друг друга по плечам и смеясь над какими-то своими шутками. Дима крикнул нам на прощание:
— Ну что, ребята, до новых встреч! Вы огонь, особенно ты, Саша!
Серега подмигнул маме:
— Татьяна Викторовна, вы легенда! Отдыхайте, заслужили!
Мы с Юлей, Сашей и мамой молча переглянулись, слишком вымотанные, чтобы отвечать. Мама, завернувшись в полотенце, выглядела задумчивой, но в ее глазах мелькала странная искра — смесь усталости и удивления от самой себя. Мы вернулись в дом, оставив баню позади, и воздух в гостиной показался прохладным после жаркого угара.
Юля, как всегда полная энергии, плюхнулась на диван и хлопнула в ладоши:
— Ну что, народ, давайте еще поиграем! У меня есть пара идей, как продолжить веселье!
Я посмотрела на Сашу — его худое лицо было бледным, глаза покраснели от усталости, а руки слегка дрожали. Он покачал головой, тихо сказав:
— Юля, я больше не могу... мне нужно отдохнуть...
Я поддержала его, чувствуя, как ноги подкашиваются:
— Да, Юля, хватит на сегодня. Мы выжаты как лимоны.
Мама, уже поднявшаяся на второй этаж, бросила через плечо:
— Спокойной ночи, развратники. У меня завтра уроки, так что не шумите.
Юля фыркнула, но не стала настаивать, пробормотав:
— Ладно, скучные вы. Тогда до завтра!
Мы с Сашей поплелись в спальню, рухнув на кровать, даже не переодеваясь. Я долго ворочалась, думая о произошедшем, — картинки из бани мелькали перед глазами: Саша в платье, его стеснительные стоны, мамины крики, парни с их безумными идеями. Мое тело все еще дрожало от смеси усталости и остаточного возбуждения, а разум отказывался укладывать это в голове. Я чувствовала, что Саша тоже не спит — его дыхание было неровным, он лежал на спине, уставившись в потолок. Наконец я не выдержала, повернулась к нему, прижалась всем
Приход весны