от ступни до краешка ноготка. Спрятала его обратно в ротик.
— Оближи хорошенько! Весь, по кругу! — произнесла свекровь требовательным тоном. Даже нотки металла послышались девушке. Не смея поднять глаза, она снова подчинилась желанию Марины.
Язычок девушки стал выписывать пируэты на красивом пальчике, оглаживая его снизу, сбоку, сверху, чувствуя бархатистость ухоженной кожи. Прогуливаясь по гладкому ноготку, ощущала его твёрдость — это был такой контраст! И начиная всё заново. Глухое протяжное «аааа-ххххх» было ответом на её первые прикосновения и почему-то это ей понравилось. Низ живота мгновенно отозвался приливом внутреннего жара. Снова бросив взгляд на свекровь увидела, что та смотрит на неё прикрыв глаза и испытывает явное удовольствие. Через минуту усердных облизываний услышала новый наказ:
— Леночка, остальные пальчики ты почему забыла? Тоже облизывай! Все, по очереди!
А та как будто и ждала указаний! И вот теперь каждый из оставшихся четверых получает свою порцию девичьего языка — горячего, влажного, гладкого, сладко щекочущего. Стоны, которые издавала свекровь, ласкали слух лучше любой похвалы. Лена порхала язычком по каждому ноготку, вылизывала нежную кожу ступни, даже легонько куснула подушки пары пальцев. Это вызвало одобрительные стоны свекрови. Оказывается, это приятно чувство — сделать сладко другой женщине! Пусть и таким вот необычным способом...
Марина, постанывая от удовольствия, любовалась снохою сквозь прикрытые глаза. Было сладко наблюдать и чувствовать, как её розовый язычок бегает от одного пальчика к другому, старается вылизать каждый миллиметр её кожи. И то, что она получала от неё в эти минуты, было лишь началом в её интимной игре.
— Леночка, — тяжело дыша, снова подала голос женщина, — пощекоти между пальчиками. Я там очень люблю! И язычком дави сильнее!
Она изогнула ступню, словно собиралась встать на мыски. Из-за этого пальчики растопырились в стороны, открывая доступ к заявленному месту.
Миг! И вот юркий девичий язычок старается пролезть между ними, дотянуться до нежной кожицы. Приятно щекотит, делает кожу влажной. Через пару минут уже каждый обильно покрыт скопившейся слюной, она начинает стекать по стопе, капает на полок.
Девушка отстранилась тяжело дыша, посмотрела осоловелыми глазами на Марину.
— Видишь, как много слюнки скопилось? Это непорядок! Сейчас возьми большой пальчик в ротик, полностью, глубже. Представь, что это головка мужа и поласкай его, пососи как сосешь ему залупу.
Чуть помедлив, лишь для того чтобы посмотреть на эту красоту, Лена широко открыла рот и накрыла им сначала ноготок, а затем и весь палец. Шумно стала обсасывать с него свою же слюнку. Громко проглотила. Покрутила язычком по кругу и снова обсосала. Выпустила из ротика.
— Так? — ожидая похвалы возбуждено посмотрела на свекровь.
— Да, примерно так. Продолжи с остальными и начни потом всё заново!
Лена так и сделала. А разве могло быть иначе? Обсосав и облизав каждый из растопыренных пальцев, вернулась к большому и самозабвенно продолжила новую для себя ласку.
Правой рукой Марина стала поглаживать створки раковины уже увлажненные женским секретом, заставляя вульву течь интенсивнее. У выхода уже собралась порядочная порция прозрачной влаги. Аккуратно собрав её указательным пальцем, скомандовала:
— Милая, погоди чуток!
Лена с видимой неохотой отстранилась и выпустила из рта средний пальчик. Марина, нарочито медленно, чтобы Лена видела открыто и явно, ноготком зачерпнула секрет из влагалища и неспеша стала размазывать его по большому пальцу ступни: по ноготку, сбоку, снизу. Она смотрела на то, как отреагирует сноха, что отразится на её прекрасном личике. Какую бурю эмоций вызовет это действие...
То, как отреагировала Лена, пришлось свекрови по душе. Кроме возбуждения и любовной проволоки в глазах ничего не было. Хорошенько размазав вагинальную
эльмира...брачная ночь...