Этот рассказ посвящён анальным наслаждениям во всём их разнообразии. Если эта тема вам не по душе или вызывает отвращение — лучше пропустите его. Здесь вас ждут истории о нерешительности, лёгком унижении и пикантном эксгибиционизме. Все герои старше восемнадцати. Надеюсь, вам понравится!
— --
У мисс Бетси Андерсон была очаровательная маленькая попка. Её аккуратный, идеально круглый анус казался настоящим произведением искусства: нежные складочки кожи закручивались вокруг тугого, манящего центра, словно волны, зовущие исследовать глубины. Это было похоже на тайный вход, который так и манил — пальцем, членом или чем-то ещё, что могло бы случайно оказаться слишком близко. Тёмная, узкая дырочка обещала запретное удовольствие, от которого захватывало дух.
В Голливуде звёзд сравнивают по красоте лиц или пышности груди. В мире взрослого кино обсуждают упругость попок — говорят, у Нины Хартли была лучшая. Иногда даже хвалят изящество женских прелестей. Но кто сравнивает анусы? Даже знаменитый Баттман, кажется, не решался на такое. А зря — если бы проводился конкурс красоты попок, мисс Бетси Андерсон точно забрала бы главный приз.
Правда, сама она об этом не задумывалась. Её маленькая звёздочка оставалась для неё просто частью тела — до тех пор, пока один из студентов не открыл ей глаза на её скрытый потенциал.
Роберт Даффс пришёл к мисс Андерсон с проблемой. Серьёзной, личной и, конечно, смущающей. Он даже не был уверен, стоит ли обращаться к ней. Она ведь была всего лишь преподавателем антропологии, а не экспертом в *таких* делах. Разве в антропологии есть что-то про анальный секс?
Но мисс Андерсон всегда говорила, что её дверь открыта для любого студента с любой заботой. Она подчёркивала это "любое", понимая, как тяжело первокурсникам вдали от дома, без родительской поддержки. К тому же, многие молодые люди стесняются говорить с родителями о сокровенном.
В маленьком колледже Темплтон она видела себя не только учителем, но и наставником, примером для подражания. Здесь каждого студента считали частью семьи, заботились не только об их знаниях, но и о характере. Никаких табу в разговорах с преподавателями быть не должно — двери всегда открыты.
Роберт выбрал её, потому что считал самой открытой из преподавателей. Темплтон был консервативным местом: студенты носили строгую форму — белые рубашки, чёрные галстуки, длинные юбки или брюки. Никаких духов, яркого макияжа или украшений для девушек. Но мисс Андерсон в своих лекциях о разных культурах казалась либеральной — она учила уважать чужие обычаи и взгляды.
— Это сложно объяснить, мисс Андерсон, — пробормотал Роберт, глядя в пол и нервно переминаясь с ноги на ногу.
Она улыбнулась. Застенчивый юноша выглядел таким милым и беззащитным. Ей захотелось его поддержать.
— Бобби, ты можешь рассказать мне всё. Я твой преподаватель, со мной можно говорить откровенно.
— Ну, дело в том, что мы с Нэнси Эндрюс давно встречаемся. Она моя девушка, знаете, — он поднял глаза, ища её реакции.
— Правда? Она была у меня на курсе в прошлом семестре. Очень симпатичная, — тепло отозвалась мисс Андерсон.
Роберт покраснел и отвёл взгляд. Приятно, что преподавательница заметила красоту Нэнси, но это только усложняло разговор.
— Да, ну, мы решили, что не будем... ну, делать это... до свадьбы, — его голос стал совсем тихим.
Мисс Андерсон просияла.
— О, Бобби, это замечательно! Твои родители, должно быть, гордятся. — Её искренне обрадовала их решимость, и она знала, что администрация Темплтона тоже одобрит.
Роберт смущённо улыбнулся. Её реакция не совсем вписывалась в его представление о либеральной преподавательнице.
Он такой клёвый