немного вина полезно для желудка, так что я выпью бокал, если не возражаете.
Я налил ему бокал шардоне, а себе - бокал "Лафроэга".
Я протянул ему его бокал и сказал:
— Пойдёмте в кабинет. Там удобнее.
Я сел в своё глубокое кресло и указал ему на кресло Элли. Мы оба пригубили наши напитки, и он начал:
— Что у вас на уме, Мэтт? Если вы поделитесь чем-то личным, я могу заверить, что это останется конфиденциальным. Мне нравится думать, что я доверяю всей своей пастве. О чём вы хотите поговорить?
— Моя жена, пастор, моя жена. Видите ли, я наблюдал за вами с первого дня нашей встречи. Вы хотите мою жену, не так ли?
— Я не понимаю, что вы имеете в виду. Очевидно, что ваша жена привлекательна, на самом деле она красива. Но и у меня тоже, и я верный муж. У меня не было секса с вашей женой.
— О, я это знаю. Но вы накрывали на стол. На самом деле, это и есть настоящая причина, по которой вы сегодня здесь, не так ли? Вы намеревались заняться сексом с моей женой сегодня днём, не так ли? Ну же, признайтесь. Всё, что накопилось за последние 3 месяца - все эти прикосновения, дорога домой, объятия, поцелуй на генеральной репетиции. Да, я это видел - кстати, вы отлично сыграли свою роль. Но это только часть обольщения, верно? И те совершенно метафизические вещи, которые вы рассказали ей сегодня за обедом - как Бог свёл вас вместе, использовал вас, чтобы помочь ей пережить кризис, как Он мог бы использовать её, чтобы излечить ваш сексуальный голод. И я заметил это удивлённое и подавленное выражение на лице, когда вы увидели меня здесь сегодня. Да, вы явно намеревались заняться сексом с моей женой сегодня днём. В её супружеской постели.
— Нет, это смешно! Я никогда не говорил ей ничего подобного. Откуда вы всё это взяли?
— Пастор, я следил за вами с самого первого дня.
Я достал свой телефон и начал воспроизводить аудиозапись с обеда во вторник. Потом я переключился на запись сегодняшнего разговора. Его глаза были огромными, а на залысинах выступили капельки пота.
— Знаете, вы, священнослужители, не должны лгать своим прихожанам. Но вы много лгали, не так ли, пастор Рик? Моя жена - не первый объект ваших пастырских желаний, не так ли?
Я вытащил папку из журнального столика рядом с моим креслом.
— Вот полное досье ваших предыдущих мест работы, пастор. Похоже, вы посеяли своё семя в нескольких общинах по всей стране, и вас выгнали, по крайней мере, из двух из них. В одной из них вы оставили органистку беременной и довели её до развода. Как вам удаётся получать эту работу? Похоже, вы и ваши коллеги-пасторы лжёте и прикрываете задницы друг друга. Вам пишут рекомендации, просто чтобы избавиться от вас, освободив вас для того, чтобы вы могли сделать это снова с какой-нибудь другой доверчивой общиной.
Он пробормотал в ответ:
— Хорошо, я пытался соблазнить вашу жену, и что вы теперь собираетесь с этим делать? У вас немного жалкий вид, поэтому я сомневаюсь, что вы смогли бы меня избить. Вы не можете обвинить меня публично, не поставив в неловкое положение свою жену. Я это сделал? Нет. Занялся ли сексом. С. Вашей. Женой. Нет. Никакого вреда, никаких нарушений! Хорошо?
— Ошибаешься, Рик. Мы уже выяснили, что ты лжец, так что твои слова ничего не значат. И мы оба знаем, что такие парни, как ты, не останавливаются. Более того, мне не нравится твой тон, Рик.
И почему все мой приключения начинается с фразы "да пох живем один раз"